Книга Зима, любовь, экстрим и хаски, страница 92 – Женя Онегина

“Мы стартовали. Царевич огонь. Лаки умница!”

От Дани целых четыре:

“Напиши, как приедешь!”

“Ты почему не написала?”

“Зоя, мы на страте! Пожелай нам удачи! И обещай никуда не лезть!”

“Я не могу без тебя!”

Я перечитывала последнее сообщение снова и снова и глупо улыбалась. Почему-то вспомнила его белые кеды, и как он свалился с гриппом в первые же дни в “Медвежьем углу”. И то, как он целовал меня посреди заснеженного леса. И как смотрел на меня вчера, когда я садилась в машину Свята.

“И я без тебя не могу!” – набрала я и нажала “отправить”.

Еще одно сообщение было от Гарика.

Даже не сообщение, а фото.

На нем я выглядела уставшей и заплаканной. Укутанная в комбинезон, с фиксированной повязкой рукой. А Даня аккуратно сжимал меня в своих объятиях и целовал так нежно, так трепетно, что я завидовала сама себе. Это было слишком интимно и одновременно слишком красиво, чтобы быть правдой. Но я помнила этот поцелуй, после которого еще долго глотала слезы под осуждающим взглядом Святослава, потому что впервые в жизни я не боялась показаться слабой. Я была сама собой – испуганной девчонкой, которой очень страшно и больно.

Ниже была подпись:

“Прости, я не смог удержаться”.

И ссылка на пост в социальной сети с безумным откликом подписчиков.

Да блин! Отличный контент!

Ничего личного, Зоя!

Это просто красивое фото…

Весь день я сходила с ума от безделья. В покое рука практически не болела, я слонялась по комнате из угла в угол, пробовала читать и посмотреть фильм на планшете, но тут же отвлекалась на что-то другое. Обед мне принесли, но пару раз, кое-как набросив на плечи куртку, я выходила на крыльцо. На улице, несмотря на яркое солнце, стоял крепкий мороз, и ни о какой прогулке без комбинезона не могло быть и речи.

Святослав на телефонные звонки не отвечал, как и Катя, и я чувствовала себя абсолютно покинутой. В итоге я позвонила Алене и получила от нее нагоняй за безрассудное поведение. Подруга уверила, что в “Медвежьем углу” все хорошо. Оля и Костик со всем справляются, и Ванька тоже.

— Кстати, фото с Царевичем огонь, – на прощание сказала подруга, а я чуть не подавилась чаем от неожиданности.

— А ты откуда знаешь?

— Так оно везде, – ответила Алена и отключила вызов.

Маме я отправила сообщение, мол, со мной все в порядке.

Ответ пришел немедленно:

“Спасибо, что написала, дочь. Неприятно узнавать такие новости из соцсетей”.

“Ты уже видела?”

“Все уже видели, Зоя!”

Вот черт!

За окном стремительно темнело. А я все больше не находила себе места от беспокойства. Телефон Кати по-прежнему был отключен. Я уже собралась звонить Гарику, чтобы узнать хоть какие-то новости, когда пришел Ремизов.

— Из четырех упряжек до контрольной точки на промежуточном финише добрался только “Мурманск”.

— А остальные? – спросила я.

— Сбились с маршрута, вероятно. Участок непростой.

В этом Святослав был совершенно прав. Последняя часть маршрута длиной чуть больше восьмидесяти километров была разбита всего на четыре отрезка. Зато на ее прохождение было заложено два дня. Неровный рельеф и удаленность от автомобильных трасс только усложняли задачу, особенно для группы сопровождения.

— Почему ты вернулся? – спросила я. – Ты же должен был ждать их на промежуточном финише сегодня.

— Глупый вопрос. На чек-поинте не появились ни Данька, ни Катя. Шарапова правда звонила мне пару часов назад, сказала, что у них все ок. А потом тишина.