Книга Немного больше, чем любовь, страница 25 – Женя Онегина

Едва они вошли в пролив, показался маяк – огромная бетонная конструкция, окрашенная в черный цвет. Галечная отмель врезалась далеко в море, и «Флипперу» пришлось сделать огромный крюк, чтобы зайти в небольшую марину.

— Странное место, – задумчиво проговорила Агата, как только они сошли на берег.

Одной рукой она придерживала шляпу на голове, а в другой был поводок.

— Давай я возьму собаку, – предложил Ян, видя, как осторожно она ступает по камням.

Но Дарси не был согласен с таким положением дел. Он рванул с силой, которую мало кто из непосвященных может представить в столь маленьком создании. И Берг к такому точно готов не был. Повод дернулся, едва оказавшись в его руке. Мужчина от неожиданности ослабил хватку, и пес, почуяв свободу, бросился вперед. На ногах Ян удержался, но его протащило пару метров, пока Елисей не гаркнул:

— Стоять!

С прибрежных валунов в воздух поднялись черные бакланы. Паша начал икать – видимо, от испуга, – но Агата поспешила протянуть ему бутылку с водой. Ян с внезапным интересом взглянул на юношу, потирая запястье. А Дарси замер, упрямо уставившись на Елисея умными глазами и растопырив лапы, всем своим видом демонстрируя, что отступать он не намерен.

— Боец, – хмыкнул Ян.

— Вот и доверяй вам собаку, – заявила Агата. – Погулять спокойно не дадут, да, рыжий?

И корги тявкнул, вильнул хвостом и подошел к хозяйке, преданно заглядывая ей в глаза.

— Ох уж эти женщины, – сердито пробормотал Елисей.

А Берг рассмеялся.

Это было действительно странное место. Каменистая отмель, поросшие водорослями и мхом валуны, бескрайнее море. И взмывающий в небо черный шпиль. Оттого, что нижняя его часть была окрашена в белый цвет, казалось, что маяк парит над землей.

— Почему почти за пять веков это место так и не ушло под воду? – спросил Паша.

Они обошли строения по кругу и теперь стояли на самом краю косы. Море было на удивление спокойным.

— Я думаю, оно оказывается под водой постоянно. Иначе какой смысл в маяке? – предположил Елисей.

— Приливы и отливы тут ощутимые, – ответил Берг, – именно поэтому его здесь и установили. А вы знаете, что раньше на вершине маяков жгли костры? До того как придумали лампы.

— Ян, а ты бы хотел тут жить? Стать смотрителем маяка, жечь костры, предупреждая суда об опасности? – проговорил Паша, мечтательно уставившись на горизонт.

— Я? Вполне возможно, – Берг задумался.

— Мне кажется, это идеальная работа для Елисея, – предположила Агата, – стихия и никаких людей.

— Бе-бе-бе, – ответил Елисей.

И все засмеялись.

Вскоре они вернулись на яхту и отплыли подальше от берега, чтобы бросить якорь и искупаться в открытом море.

Это было потрясающе. Они прыгали с носа «Флиппера» в воду и снова поднимались на борт. Орали, смеялись и горланили пиратские песни. Дарси первое время пытался навести порядок, но потом просто упал под тентом и закрыл глаза, всем своим видом показывая, что он сделал все, что мог, но обстоятельства оказались сильнее.

Потом они лежали на носу яхты, и Агата изо всех сил старалась не заснуть. И именно в этот момент у Пашки заурчало в животе.

— Мне кажется, настало время маминых пирогов, – пробормотал Елисей, переворачиваясь на бок.

— Полностью с тобой согласна! – произнесла Агата и села.

Берг лежал на спине на самом краю и лениво свесил руку в море.