Книга Немного больше, чем любовь, страница 23 – Женя Онегина

— Моя мама говорит, что во всем виноват переходный возраст, – заметила Агата.

— Но глупости от этого не перестают быть глупыми.

— Наверное, – она задумалась, а потом попросила: – Елисей, я хочу, чтобы ты поехал с нами на морскую прогулку. Ян пригласил нас.

— Зачем тебе это, Агата? – серьезно спросил брат и сел, сложив ноги по-турецки.

— Просто хочу! – она пожала плечами.

— Так не бывает. Просто хотеть нельзя.

— Тогда пусть это будет очередная глупость.

— Ты перепутала. Глупости – это мой конек! – Елисей засмеялся.

— И какую глупость ты хочешь сделать сейчас?

— Полить Пашку и собак ледяной водой из шланга, – ответил Елисей и вскочил на ноги.

Ближайшие десять минут в саду стоял такой визг и вой, что тетя Лиза вся в муке выбежала на веранду.

После обеда они все вместе пошли на пляж.

Солнце было уже не таким жарким, а море стало почти теплым. Ветер стих, и Агата с Пашей достали бадминтон. Бегать за воланчиком, когда ноги утопают в горячем песке, было весело. И далеко не просто. Поэтому Елисей предпочел наблюдать за игрой со стороны. И кидать собакам мяч. Он вообще отлично ладил с собаками, только не всегда хотел это признавать.

Елисей смотрел на смеющихся брата и сестру и думал о том, что ему совершенно не хочется взрослеть. Что будь у него возможность управлять временем, он бы растянул это лето до бесконечности. Чтобы сохранить эту легкость. И беспечность. Агата споткнулась и упала, весело хохоча. А юноша вспомнил, как дядя Стас носился за ними по этому самому пляжу и кидал того, кого удавалось поймать, в море. Они вылезали на берег, хохоча, кашляя и отфыркиваясь, а дядя снова подхватывал кого-то из детей, чтобы отнести в воду. Потом пришел папа. И долго ругался. Потому что все они – Пашка, Агата, Елисей и сам Станислав тоже – тряслись от холода и никак не могли согреться.

Прошло уже так много лет. Елисей вырос и на многое стал смотреть по-другому. Но одного он так и не понял: почему после смерти Станислава мир рухнул, и при этом в нем не изменилось ровным счетом ничего? Жизнь вокруг шла своим чередом, даже если в глубине души хотелось выть от страха и безысходности.

Агата плюхнулась на плед рядом с ним, подняв облако песчаной пыли.

— Ты уснул? – спросила она, заглядывая брату в лицо. – Если нет, то идем купаться и домой. Скоро ужин, а я обещала помочь тете Лизе.

Из воды они вылезли только спустя почти час, нанырявшись до тошноты. Наскоро собрав вещи и надев футболки поверх мокрых купальных костюмов, ребята поспешили домой.

В коттедже «Чайка» Агату ждал сюрприз: великолепный Янек Берг собственной персоной сидел на веранде в обществе Александра Колбецкого и пил… кофе? В такую жару и перед ужином? Невероятно!

Агата придирчиво посмотрела на себя и вздохнула. Мокрая светлая футболка, спутанные влажные волосы (расческу она, конечно же, забыла дома) и загорелые ноги, покрытые песком и прилипшими водорослями.

— Ян, привет! – что было силы завопил Павел. – Жалко, что тебя не было с нами на пляже.

Ян обернулся – и на его губах скользнула улыбка, а потом он увидел Агату, и взгляд его странно потемнел.

— Добрый вечер! – пробормотала девушка и поспешила скрыться в доме.

Когда спустя двадцать минут она спустилась в столовую, на ней были джинсы и белая рубашка с длинным рукавом, а волосы собраны в аккуратный узел на затылке.