Книга Миллиардер на перевоспитании, или как укротить эгоиста, страница 30 – Ани Марика

— Будет полная реконструкция главной улицы и подъездных путей, — продолжает Артур, а слайды меняются и показывают не мою деревню. Точнее, деревню, созданную искусственным интеллектом и этим вот мужчиной. — Асфальт, освещение, тротуары, ливнёвки. Дальнейшие планы — социальная инфраструктура. Мы уже ведём переговоры для постройки новых зданий. Медпункт с современным оборудованием. Фермерский кооператив, местный смогут сдавать молоко, мясо, овощи и получать нормальную цену. И для этого им не нужно будет ездить несколько километров в город.

Он замолкает ненадолго. Давая мне досмотреть весь ролик. А после листает следующий слайд.

— Сегодня на собрании твоя соседка Любовь подала мне идею, и я ещё это никому не показывал. Но, думаю, будет здорово, если мы благоустроим зону у пруда. Сделаем набережную, детскую и спортивную площадки. Небольшой гостевой домик для туристов.

— Люба тебе идею подала? — прищуриваюсь я.

— Да, она, оказывается, сдаёт комнаты для любителей отдыха в русских глубинках. И их немало. Это хороший заработок для деревни.

— Для деревни или для тебя? — откладываю вилку и, выпрямившись, смотрю прямо в глаза.

— Для деревни, Василиса. Но, как я уже сказал, это пока только мысли.

— Расскажи мне эти мысли.

Артур быстро переключает видеонарезку и начинает новую презентацию.

— У вас много ветхих домов, заброшенных участков и нежилых зон. Часть этих земель выкупим под общественные нужды. На их месте построим детские площадки и прочие зоны для досуга и гостевой дом. Никто из местных не пострадает. Наоборот, появятся рабочие места. Деньги от туризма пойдут на обслуживание этих зон и оплату труда местным.

На картинках всё выглядит идеально. Чисто, красиво, по-деревенски уютно. Артур говорит убедительно. Голубые глаза буквально горят от энтузиазма.

— Мои аналитики уже рассчитали все сроки и бюджеты. Никто не пострадает, Колючка, — продолжает и выводит какие-то диаграммы с цифрами и таблицами.

Нас отвлекает официантка, приносит приготовленную рыбу. Мужчина прерывается на ужин, пока я листаю планшет и заново просматриваю слишком красивые картинки, и всё ещё сомневаюсь. Просто не верю, что кто-то готов вложить такие деньжищи в глухую, почти забытую деревню.

— Я знаю, ты мне до конца не веришь, — глухо замечает Артур. — Да я бы сам не поверил себе. Если уж по-честному, когда я прочёл письмо деда, первым желанием было сжечь его и забыть. У меня проектов в Москве выше крыши. Два тендера впереди. Приехал сюда, чтобы просто глянуть, с чем столкнусь. И не смог уехать. Ты знаешь, меня с детства воспитывал дед. Он очень любил это место. Проходя по улицам деревни, я вспоминал его истории и будто бы проживал…

— Письмо деда с собой? — перебиваю я.

Мажор удивлённо замолкает. Даже жевать перестаёт. Выгибаю бровь, молчаливо ожидая ответа.

— В машине.

— Потом покажешь? — спрашиваю, откладывая планшет. Он кивает.

— Во многом встреча с твоим дедом изменила моё решение, Василис. Последние пять лет у деда прогрессировала тяжёлая болезнь, из-за которой он забыл обо всех. Он никого не узнавал и жил прошлым. Когда я его навещал, он принимал меня за своего друга Васю…

Артур пересказывает мне истории наших дедов. Те самые, что я слышала не раз. Потому что мой дедуля тоже скучал по своему другу и часто рассказывал. Из уст мажора они звучат по-другому. С тоской, что ли. Мужчина вправду скорбит по своему деду. И видно, что между ними были очень близкие отношения.