Книга Миллиардер на перевоспитании, или как укротить эгоиста, страница 28 – Ани Марика

— Спасибо, — бросаю я, как только авто останавливается возле моего забора.

Артур ничего не отвечает, заезжает в свой двор и удаляется в дом. Я провожаю его спину, пока кормлю гусей да кур.

Тряхнув волосами, занимаю себя утренней рутиной. Готовлю завтрак, принимаю душ, забочусь о котятах.

— Деда, а где твой велосипед? — спрашиваю, выходя на крыльцо.

— В сарае. А тебе зачем? — прищуривается старик.

— Дракон сломался, — вздыхаю, показывая на свой уазик.

Дедуля сокрушается, но вытаскивает из сарая старый велосипед. Оседлав свой новый временный транспорт, еду на работу. До вечера время тянется бесконечно долго. Езжу по вызовам до самого полудня. Ноги гудят с непривычки, давно я не каталась на велосипеде.

Ближе к обеду возвращаюсь в клинику и останавливаюсь у крыльца. Мимо ветеринарного пункта со стороны трассы проезжают несколько внедорожников, большие грузовые машины с цементом, щебнем, другими материалами. Один каток и огромный кран. Удивлённо провожаю этот кортеж, что пропадает в недрах деревни. Похоже, один мажорчик начинает масштабную реконструкцию.

До самого вечера меня больше никто не беспокоит. Чуть пораньше закрыв клинику, быстро еду домой. Страсть как интересно послушать последние новости. Возле забора останавливаюсь на пустыре и верчу головой. Моего зелёного Дракона на привычном месте нет.

— Васька, привет, — машет соседка Катя.

— Привет. Ты не видела, кто мою машину забрал?

— Так Артур отбуксировал ещё утром, — машет она в сторону.

— Интересное кино, — ворчу беззлобно, бросая взгляд на соседний двор.

— Ты собрание пропустила. Артур-то начал реновацию нашей деревни, — продолжает щебетать Катюша.

Оставив велосипед у забора, иду к соседке пить чай и слушать последние сплетни. Подруга с радостью накрывает на стол, вынимает из холодильника компот. И рассказывает, что мужчина показал свой проект. Чертежи дорог и реконструкцию водонапорной башни.

— Представляешь, он уже получил два разрешения строительство и градостроительный план, — продолжает она. — Скоро у нас будут нормальные дороги, Васька. Фонари с солнечными батареями. Обещал провести магистральный газ до каждого дома, заменить всю электрическую подстанцию, чтобы свет не вырубался от любой непогоды.

— Молодец какой, — хмыкаю, прихлёбывая напиток.

— Ой, Васька, заживём. Он ведь и мужикам нашим работу подкинул. Всех местных работяг пристроил. Деньги нормальные платит, Вась. Сёмка сейчас с сыновьями уже работают. Копают траншеи под газ и воду. Возле пруда начали расчищать площадку. Дом ветхий, помнишь, сгоревший?

— Райкиных? — прищуриваюсь. Вспоминая семью стариков, что умерли, когда я ещё маленькой была. После них никто там не жил. Его подожгла местная шпана, и мой дед со стариками обвёл участок колючей проволокой. Наследников не было, а за эти годы дом оброс разными страшными историями.

— Ага, Артур выкупил его и снёс. Будут расчищать и строить новую подстанцию. Он планирует и остальные пустующие дома выкупить. Сказал: «Если кто собирается продавать, приходите, договоримся в цене».

Катя делает паузу, чтобы перевести дыхание. А я настораживаюсь и что-то меня в его поступках цепляет. Некий червячок сомнения. Вроде бы всё правильно делает. Старается ведь для деревни. Но не верю я в этот альтруистический порыв души.