Книга Тьма. Том 9, страница 65 – Лео Сухов

И теперь вдвойне обидно было видеть, что Никодим заполучил её — ещё и, как он сам сказал, по чистой случайности.

— Представляешь! — разливался соловьём разведчик. — Эти учёные из тайного предприятия не хотели возиться с записями, поэтому просто продали их! Я, конечно, знал, что им собирались привезти важный документ… И даже просил его мне достать… Но чтобы всё настолько удачно прошло!.. Определённо, мне в последнее время очень везёт!

— Что? Ты? Делаешь? К востоку? От Урал-камня⁈ — уже не сдерживая ярости, заревел Ливелий.

— Ой, да прекрати уже! — небрежно отмахнулся Никодим.

— Прекратить⁈ Ты влез на мои земли, влез в мою операцию, украл мой объект, а теперь пьёшь вино и спрашиваешь, чего я прицепился⁉ — бокал в руке Ливелия лопнул осколками.

Вино пролилось по пальцам и закапало на дорогой ковёр под ногами.

— О-о-о-о нет! Нет, мой друг! — захохотал Никодим. — Тебе что, нужны были эти записи, да⁈ Ну, что же тут сделаешь… Не повезло тебе! Как и всегда, впрочем, в последнее время…

Базилеус понимал, что оба скрытня правы. Никодим мог украсть у русов важный документ — и украл. При первой же возможности. Не отдавать же его теперь лишь потому, что его земли ответственности лежат не здесь, а к западу от Урал-камня.

Никодим и Ливелий соперничали уже много лет. И, надо сказать, до прошлого года Никодим неизменно проигрывал. А сейчас он, наконец, получил шанс поиздеваться над старым соперником. Сам Базилеус бы тоже, наверно, такой шанс не упустил…

И всё же проклинателю, когда он увидел записи в руках Никодима, стало так обидно… А что уж чувствовал в это мгновение Ливелий? Базилеус понимал, что соперник его начальника действительно перегнул палку. Переступил красную черту, после которой стал не столько соперником, сколько врагом.

Но всё-таки того, что случилось в следующий миг, не ожидал ни Базилеус, ни Никодим.

Взбешённый Ливелий, обычно умеющий держать себя в руках, развернул сразу несколько плетений. И, наплевав на все правила Монокурса, обрушил их на Никодима.

— Ты что творишь⁈ — в ужасе глядя на начальника, успел закричать Базилеус.

Никодим, между тем, не растерялся. Он подставил под атаку Ливелия щиты и тут же ответил. Пламя столкнулось с водой, и пар ударил в воздух, стремглав вынося крышу времянки. Снаружи раздались крики и звон металла. Видимо, обитатели лагеря кинулись к избушке, доставая оружие. Зря, конечно. В отличие от них, Базилеус понимал: сейчас тут начнётся такое, что обычному человеку лучше быть подальше.

Два скрытня сцепились в жестокой магической схватке. Но Базилеус уже не смотрел на это. Как бы он ни устал от причуд начальства, но Никодим был ему противен. Наглый, самодовольный, криворукий и бесполезный. Он вечно мешал им с Ливелием, путаясь под ногами. А ещё регулярно заваливал свою часть работы, зато умело подставлял других. Его не любили все разведчики на землях русов. И уже давно мечтали пристукнуть…

Неудивительно, что Ливелий, как загнанная в угол крыса, всё-таки огрызнулся. И Базилеус точно знал, кто в этой схватке победит. А ещё точно знал, что из лагеря не должен уйти никто, кто мог бы рассказать о случившемся. Если им с Ливелием хочется вернуться в империю, то живых свидетелей оставлять нельзя.

Сделав этот нехитрый выбор, Базилеус обрушил проклятия на бегущих к месту схватки людей. Пусть Ливелий разберётся с Никодимом, а его помощник пока что зачистит округу. И пусть тогда на родине гадают, куда подевался Никодим.