Книга Тьма. Том 8, страница 135 – Лео Сухов

Молодые парни и девушки. «Свободолюбцы». Их тела были обезображены. Похоже, смерть им выдалась не слишком приятная. Некоторые оказались буквально разорваны на части.

Но самое жуткое было не в этом. По периметру зала, в глубокой тени под стенами, сидели или стояли, сливаясь с мраком, ещё несколько десятков изменённых учёных.

Они не двигались, не издавали звуков. Просто замерли, словно каменные изваяния уродливых пауков. Одни прилипли к стенам, другие выбрали тень погуще, чтобы скрыться в ней.

А в дальнем конце зала, перекрывая единственный проход, виднелась наглухо опущенная стальная переборка. Она была испещрена вмятинами и царапинами, но выстояла под сильными ударами, похоже. И не пустила изменённых дальше.

Пискарёв принялся знаками показывать, чтобы мы шли обратно, а сам медленно попятился, напряжённо глядя в зал. К счастью, эти жуткие твари так и не отреагировали на нас. А когда мы, наконец, оказались на безопасном расстоянии, Пискарёв снова обошёл отряд и занял место во главе.

И вновь наша группа углубились в лабиринт седьмого отдела. Но в этот раз путь был недолог. Пискарёв двигался уверенно, сверяясь с планом на цере, и вскоре мы оказались в небольшом, но просторном помещении, похожем на столовую.

Двери здесь были целы, и их можно было забаррикадировать. В углу валялись пустые баллоны из-под воды, но главное — здесь было несколько выходов, что давало пути для отступления.

— Устроим привал здесь, — объявил Пискарёв, когда все втянулись внутрь. — Отдыхаем, проверяем снаряжение, пьём воду, меняем фильтры. Никакого шума.

После его слов в заброшенной столовой воцарилась тихая, но напряжённая суета. Бойцы рассредоточились по углам. Одни, в том числе и мой полудесяток Хлебова, снимали маски и с глухими щелчками заменяли отработавшие фильтры. Другие с характерным звуком, стараясь не шуметь, откручивали крышки с фляг.

Пискарёв, отпив воды и сменив фильтры, отозвал в сторону меня, Авелину, Сашу, Булатова, Витала и Синякина. Мы образовали тесный круг, и по лицу радиоведущего я понял: новости будут нерадостными.

— Если честно, не знаю, что дальше делать!.. — без предисловий выдохнул он, и в его глазах читалась непривычная в его случае неуверенность.

— В чём сложность? — так же тихо спросил я. — Там десятка три этих «учёных». Их так сложно убить?

— Перебить три десятка — дело техники, ваше благородие, — вместо ведущего ответил Синякин. — Но шум от стрельбы всё равно будет. К этим трём десяткам подтянется подкрепление. И не три десятка, а все триста.

— Да и это не беда, — снова заговорил Пискарёв, доставая свою церу и выводя на неё схему, — Смотрите… Мы здесь. А здесь — та самая переборка.

Он ткнул пальцем в нужное место.

— Как её пройти? Если будем взрывать или резать, к нам сбегутся со всех окрестных ярусов. А если обходить… — Пискарёв снова указал на план. — … Вот здесь обходные пути. Туда можно попасть даже отсюда, если выйти через кухню.

— И что нам мешает это сделать? — спросила Саша, пристально изучая карту.

— Этот коридор проходит впритык к техническим помещениям седьмого отдела. Ну, там, где раньше были мастерские, склады и всё такое… — пояснил Пискарёв. — А там водятся техники. И там же можно нарваться на изменённых двусердых… Слишком большой риск. Я такое сам решать не возьмусь.