Книга Тьма. Том 3, страница 116 – Лео Сухов

— Мя! — поддакнул Тёма со шкафа.

— Но цифры он, как вы сами понимаете, не озвучивает! — закончил я.

— Мы всё узнаем! — тряся бородкой, пообещал Полосков. — Мы придумаем способ и узнаем! Это прекрасно! Прекрасно! Какой великолепный экземпляр! А можно… Любезнейший Тёма, можно посмотреть на ваши когти?..

На столь расплывчатый вопрос Тёма ответил так же невразумительно: свесил лапу и выставил свои мини-кинжалы.

— О! Нет-нет! Я неправильно попросил… Лада, милейшая моя, займитесь пока с Фёдором документами! Надо, чтобы этот прекрасный зверь был на учёте! Нам совсем не надо, чтобы на него охотились… Нам надо, чтобы мы его изучали!.. А вы, Тёма, спрыгивайте вот… Вот на тот стол! Мы проверим ваши прекрасные когти… Дадим вам что-нибудь ненужное подрать…

Профессор посмотрел на Бориса Трясогуза, а парень ощутимо побледнел.

— Ну что ты стоишь? Принеси образцы материалов! — тоном капризного деспота потребовал Полосков.

— Пойдёмте, Фёдор, займёмся документами! — взяв меня за руку, предложила Лада. — Не обращайте внимания на мальчиков: они справятся.

— Тёма может быть опасен! — ревниво заметил я, не отводя взгляда от кота.

— Ну так это не его трудности, — улыбнулась девушка. — Вы не думайте… Макар Петрович никогда не станет перекладывать ответственность за свои травмы на объект исследования. В прошлом году вульф ему чуть ногу не отгрыз, когда он полез в вольер за образцами шерсти. Хорошо, лекарь был на месте, и ногу удалось залечить… Но Макар Петрович запретил стрелять в вульфа и даже потом всем говорил, что он сам подставился, а вульф лишь следовал заложенным в него настройкам. Между прочим, этот вульф жив до сих пор…

— А зачем вообще изучать вульфа? — уточнил я, когда мы уселись в углу, с двух сторон от столика, занятого одиноким терминалом и кипами бумаг. — Мне казалось, они давно изучены вдоль и поперёк. Или нет?

— Или да… Изучены, — кивнула Лада. — Но Боря, делая ученическую работу для выпуска из пандидактиона, заметил, что образцы тканей современных вульфов отличаются от образцов тканей вульфов из прошлого. Сначала думали, что различия связаны с тем, что старые образцы растеряли часть своих свойств… Но Боря стал изучать вопрос и нашёл доказательства, что это не так. С этими доказательствами он и пришёл к Макару Петровичу.

Тем временем, она вытащила из кипы стопку бумаг, стянутых канцелярской прищепкой, и положила их передо мной.

— Теперь эти изменения в вульфах и других отродьях — одно из важных направлений нашей работы, — призналась девушка, а затем тяжело вздохнула: — Всё это вам следует прочитать и подписать…

— Ого… Ничего себе объёмы! — удивился я.

— Да-а-а… С этим учётом всё сложно. Вы начинайте читать, — Лада мельком глянула на то, как Полосков с помощниками азартно подставляет Тёме под удар деревянную доску. — Иначе, боюсь, они скоро что-нибудь важное пожертвуют вашему коту, а мне потом это заказывай заново…

Читал я очень внимательно. Боялся увидеть, что на меня как на владельца изменённого животного будет наложена масса ограничений и обязанностей. Но оказалось, что всё не так страшно. Владение Тёмой ничем не отличалось от владения какой-нибудь здоровенной породистой собакой. Ответственность за животное имелась, естественно, как без этого… Однако во вполне адекватных рамках.