Книга Тьма. Том 3, страница 154 – Лео Сухов

— Сдал меня, как последний «пирожок»! — возмутился я.

— Работа такая! — вздохнул Костя. — Она всё равно узнает, не смотри на меня волком! Я хоть уговорю, чтоб несильно мешала…

— Я почти поверил! — согласился я.

До Васильков добирались на двух машинах. Правда, Бубен с нами не поехал: взял бричку до дома. И зачем мне такое сопровождение, я не очень понимал… Однако никто не мешал спросить:

— И зачем так много людей?

— Да знаешь, Федь… Понимаю, вы первый день как переехали… Но дело такое, что мы хотим у вас засаду организовать! — не отрывая взгляда от дороги, поделился Костя. — Убийца этот, сволочь, на ишимское училище так насел, что большую часть преступлений там совершал. Как-то не хочется, чтобы и Маше от этого страдать пришлось…

Я не стал напоминать ему, что Тёма тоже охраняет училище. Чем больше охранников — тем лучше. Так что дальше я ехал молча, разглядывая вечерние улицы, погружающиеся во тьму.

Мария Михайловна встретила нас, зябко кутаясь в шубку, прямо у ворот. Но, увидев машины, с грозным видом вышла на середину проезда, уперев кулачки в бёдра. Костя поспешно затормозил и пошёл объясняться с разъярённой женщиной. Ну а мы с Виктором Леонидычем в это время старательно изображали очень необычную обивку салона.

Через минуту-другую Малая немного успокоилась, и мы с урядником рискнули вылезти из темноты на свет фонарей. Увидев меня, Мария Михайловна нахмурилась, но Костя снова ей что-то сказал, и ограничилась она суровым приказом:

— Федя, в общежитие! Потом поговорим…

Я поспешно двинулся в сторону общагу, спиной чувствуя разгневанный взгляд Малой. Свернул в освещённый фонарями парк и, чуть-чуть не дойдя до административного корпуса, остановился, когда сверху посыпал мягкий пушистый снег. Так и стоял минуту, наблюдая за снежинками. Может, и дольше бы простоял…

Но ногу прострелило болью. Да такой странной, что я невольно обратил внимание. Эта боль была как воспоминание о боли. Очень сильной боли. Однако я точно понимал, что болит сейчас, а не когда-то давно.

А потом в голове раздался вой, полный страдания… Где-то в глубине парка ему вторил реальный вой. И я знал, кто воет.

Выл Тёма! И прямо сейчас ему было очень больно и очень страшно. Я ещё пытался понять, как так получилось, а ноги уже несли меня вперёд, в сторону места, где страдал мой кот!..