Книга Тьма. Том 1 и 2, страница 129 – Лео Сухов

А дальше случилось обычное для таких печальных ситуаций переглядывание, когда следователь смотрел на вышестоящего чина, чин смотрел на менталиста, тот — на следователя… И никто не хотел идти и делать. Ну потому как за это впоследствии отвечать надо будет.

Пришлось его светлости громко прочистить горло, что заставило машину Тёмного Приказа заработать активнее. Кандалы и ошейник сняли, меня отпустили, а мои вещи — браслет-удостоверение и телефон — передали ректору всея «Васильков». Мне он их сразу возвращать не стал: не глядя, сунул в карман. Но я решил, что высказывать протесты пока не время.

Тем более, меня шатало и мотало при ходьбе — не до протестов было. Приходилось все силы прилагать к тому, чтобы не свалиться, споткнувшись о свою же ногу. Всё-таки двое суток на стуле, в кандалах, без еды и воды — это то ещё испытание, даже для молодого и здорового организма.

Моё состояние не осталось незамеченным ректором:

— Ты чего на ногах еле стоишь? Не кормили, что ли?

— Даже не поили, ваша светлость! — немедленно нажаловался я.

Мы как раз двигались по первому этажу Тёмного Приказа, и суровый Рюрикович не стал долго возмущаться таким измывательствам. Скорее всего, даже не собирался — наверняка знал, как все эти расследования проводятся. Просто поймал доверенного, который тащил на подносе две чашки в один из кабинетов. Одну чашку отобрал, понюхал, что внутри, и сунул мне:

— Бери кофий! И сил придаст, и на ноги поставит! — одобрил он, показав кулак открывшему рот доверенному. — Только на вкус гадость страшная…

Тот, быстро оценив и размеры кулака, и набивку на щеке, резко передумал негодовать. А я принял чашечку с волшебным напитком, без которого Андрей в другом мире не считал себя проснувшимся, вдохнул щекочущий ноздри запах… И сделал осторожный глоток, зажмурившись от удовольствия.

— Да ты, брат, извращенец! — оценил мою довольную рожу ректор. — Понравилось, что ли?

— Пахнет большими деньгами, ваша светлость! — отозвался я. — Примерно моим годовым заработком.

— Негусто у тебя с заработками… — пробурчал в бороду ректор. — Ладно, наслаждайся… Только на ходу!

Пить на ходу я умел, так что особых проблем с этим не испытывал. Шёл себе, отхлёбывая кофе и думая, как бы спросить про Софию.

Перед входом в здание Тёмного Приказа стоял кортеж. Длинная серая машина, напоминавшая лимузин, и пара внедорожников. Достаточно было потянуться к тёмному сердцу и взглянуть на машины, чтобы понять, что защищены они были не хуже той камеры, в которой я недавно сидел.

К слову, будучи в кандалах, я пару раз пытался потянуться к чёрному сердцу — и…

Ничего. Все мои способности надёжно блокировались: я снова был обычным человеком. И, надо сказать, это очень неприятное ощущение. Вроде бы лишь недавно почувствовал себя двусердым, а обратно — уже не хочется…

Именно к этому защищённому кортежу меня ректор и привёл. Сам забрался на заднее сиденье и меня позвал:

— Ну и чего ты там застрял? Садись давай! Тут уже Машка скачет на заднице от нетерпения!

Понимая, что Машка — это, скорее всего, Мария Михайловна, я с интересом заглянул в салон и обомлел. Внутри вытянутой машины был, можно сказать, салон премиум-класса! Хотя в нынешнем моём мире это называлось «шикарное внутреннее убранство», а в обиходе вообще использовалось лишь слово «класс».