Книга Тьма. Том 1 и 2, страница 102 – Лео Сухов

— Но сам поток ещё можно увеличивать? — уточнил я.

— Ты выдержал тридцать тысяч капель «теньки» в секунду. На площадке училища можно увеличить и до ста тысяч. Но у тебя тело неподготовлено… — вздохнула Мария. — Замкнутый круг!.. Тело будет готово к таким объёмам на более высоких рангах, но для этого надо пройти кризис. А чтобы пройти кризис, нужны изъяны.

— Но есть другой путь? — с надеждой спросил я.

— Мы никогда не пробовали… Но, если рассуждать умозрительно, мы можем прогнать через тебя уже преобразованную «теньку», — пояснила Мария Михайловна. — «Теньку», уже подготовленную к тому, чтобы стать колдовством определённого вида, понимаешь? Огненную, морозную, водную… Да хоть бы и ментальную, только я в ней не очень…

— Вы не хотите привлекать никого со стороны, — догадался я.

— Не хочу… Мы сейчас собираемся творить лютейшую дичь, Федь! — Мария Михайловна вздохнула. — И вся эта дичь под мою ответственность.

— Если я умру, вы можете уже от обвинений и не отбиться! — сделал логичный вывод я, внимательно глядя на проректора.

И то, как Мария опустила глаза, подсказало — да. Скорее всего, это будет тот самый удар, который прочность системы не выдержит. В лучшем случае, Марию Михайловну отстранят. В худшем — её ждёт один из лагерей в северной части Сибири, где Русь добывает полезные минералы вахтовым способом.

Ну или до неё просто доберутся Рюриковичи, и тогда ей совсем конец… Такой вариант я не мог исключать. И Мария, похоже, тоже о нём подумала.

— Это всё неважно, Федь, — вдруг проговорила она. — Мне, если честно, осталось-то лет двадцать, в лучшем случае…

Госпожа проректор невесело усмехнулась и откинулась на спинку кресла.

— Но… Почему? — удивился я.

— Потому что пять кризисов — это мой предел! — улыбнулась она. — Поверь, это хорошо чувствуется. Если дойдёшь сам — ты поймёшь. Я знаю, что шестой кризис для меня последний… А вот остановить его приход я не смогу. Сдерживаю, насколько хватает сил. Но не смогу: ранг у меня маловат. Пообещай только, что никому не расскажешь. Это моя тайна. Хорошо? Я даже Косте не говорю…

В этот момент мне её стало жалко. А ещё я впервые взглянул на эту взбалмошную и своевольную женщину с искренним уважением. Жить так, как живёт она, зная, что это конец… Такое не каждому под силу.

Всегда легче опустить руки. Всегда проще пустить жизнь на самотёк. А она идёт дальше, как маленький танк на высоких каблучках. Возможно, её попытки спасти меня и таких же, как я — это попытка и для себя найти лечение? Не знаю. Но от этого я не буду уважать её меньше. Даже, наоборот, больше.

— Почему так нужен изъян? — решил уточнить я.

— Всё просто: чёрное сердце — это подарок Тьмы. А Тьма, Федя, подарков никому не делает. Мы…

Мария Михайловна замялась, подбирая слово. А вот у меня оно уже крутилось на языке:

— Выбраковка, — дошло до меня, наконец. — Не подходим в тёмные из-за изъяна…

— Верно суть уловил! — одобрительно кивнула Мария Михайловна. — Суть верна. Хотя, как говорят знающие люди, всё немного сложнее. Но я и сама не могу точно сказать, насколько.

— Получается, Булатов отчасти говорил правду? — усмехнулся я.

— Дмитрий Алексеевич был зажравшимся говнюком и эгоистом! — ударив кулачком по столу, отрезала Мария Михайловна. — Навёл тень на плетень. Перепугал кучу народу. Подставил издание «Байкальский еженедельник», который после этого закрыли, а всех сотрудников уволили с волчьим билетом. И всё это ради сомнительной популярности! А в результате — ни слова правды.