Книга Тьма. Том 1 и 2, страница 103 – Лео Сухов

Мария замолчала, возмущённо пыхтя, а я ещё долго не решался задать следующий вопрос.

— А для вас такой способ подойдёт? — наконец, поинтересовался я, когда пыхтение приобрело более спокойный ритм.

— Возможно… Только объёмы «теньки» нужны такие, что лишь богатур выдаст. Или вообще круг богатуров!.. — Мария невесело улыбнулась. — Возможно, мне их даже выделят. Но сначала нужен успешный опыт. А его пока, сам догадываешься, нет.

— А с прошлыми… — я хотел сказать «подопытными», но постеснялся. — С такими, как я, пробовали способ с «тенькой», оформленной для колдовства?

— С двумя, — кивнула Мария Михайловна. — Но у них не было такой идеальной структуры, как у тебя. Ты выдержал тридцать тысяч капель в секунду. Самый сильный из тех, кто был — осилил пятнадцать тысяч. Это граница оранжевого и красного сектора для отроков третьего ранга. Мы не могли влить в них ещё больше оформленной энергии. Да и отказались они подписывать согласие… Пришлось пробовать в безопасных количествах.

— Мне казалось, что утопающий за каждую соломинку хватается… — нахмурив лоб, проговорил я. — Почему эти ребята отказались?

— Да-да… Неизлечимо больные готовы отдать всё за шанс выздоровления! — кивнула Мария Михайловна. — Только делают они это уже после того, как смирились с болезнью. Не сталкивался со стадиями принятия неизбежного?

Федя, надо сказать, не сталкивался. Не слишком в этом мире была распространена психология. А вот память Андрея выдала ответ незамедлительно:

— Отрицание, гнев, торг, депрессия и смирение…

— Нет, ты точно специально занизил себе гимназические оценки! — невзирая на ситуацию, нашла силы улыбнуться проректор. — Да, это они, Федь! Понять, что ученик не пройдёт кризис, обычно удаётся за несколько дней до наступления этого кризиса. Как правило, ученики не успевают дойти даже до стадии торга…

— Хотите сказать, что у меня кризис случится в ближайшие дни? — мои брови поползли вверх. — Но… Как?

— Идеальная энергетическая структура, чтоб её! — поморщилась Мария. — В лучшем случае, у тебя остался месяц. В худшем, дня три.

— А мы успеем попробовать ваши способы? — беспокойно заёрзал на стуле я, и даже воротник рубашки начал немного давить.

— Вот… Ты ведь должен сейчас ругаться, Федя! — хмыкнула Мария. — Ругаться и отрицать. А ты почему-то почти спокоен, не считая лёгкого налёта тревожности. Почему?

— Да я уже сдох и не хочу снова! — на автомате выдал я.

И осёкся.

Вот так и палятся на мелочах великие попаданцы… Я проболтался так нелепо и внезапно, что сам себя заткнуть не успел. К счастью, человеческий мозг любит находить рациональные объяснения всякой иррациональной фигне.

— А-а-а… Ты про этого твоего жнеца… — кивнула Мария Михайловна.

А я чудом удержался, чтобы громко не выдохнуть от облегчения:

— Ну да…

— На подготовку помещения нужны два дня, — продолжила объяснения Мария Михайловна. — А затем сразу попробуем. Ты успеешь прийти в себя, да и я отдохну. Помогу Косте… Ещё вчера обещала, но всё отменила. Так что мы успеваем.

— А если не подействует второй способ? — тихо спросил я.

В кабинете повисло тяжёлое молчание. Мария Михайловна покосилась на бутылку, но удержала себя в руках и просто сообщила:

— Если готов прогнать через себя сто тысяч капель «теньки», я и это устрою. Но почти уверена, что с оформленной у нас всё получится. Другие нагрузки на энергетическую структуру, понимаешь? Совершенно запредельные для твоего ранга. Не знаю, чем это обернётся для тебя в будущем, но… Это будущее хотя бы у тебя будет!