Книга Безымянные слуги, страница 52 – Лео Сухов

Но человеческие части тела не бесконечны. В итоге наш десяток был одет в высокие сапоги выше колен, с толстой кожей ниже щиколотки и металлическими вставками на носках, в кожаные с металлическими пластинами поножи, кожаные же гибкие рубахи с костяными ламелями на юбке и железными пластинами на животе и груди и спине, железные наручи и металлические наплечники. Правые были сделаны из железа, а левые — из бронзы. Копья были с широкими наконечниками — как и те, что нам дали при Порке, только лезвия были тоньше, острее, с металлической перекладиной, не позволявшей противнику насадиться глубже и добраться до бойца. Древко копий было хоть и деревянное, но из прочной древесины, добытой в Диких землях. На металлические шлемы денег не хватило — были взяты кожаные с двумя железными полосами крест-накрест и железными щитками на глаза и щеки.

Были в продаже и стальные изделия, но стоили столько, что на все наши накопления можно было купить один элемент. Наконец, всё было куплено и упаковано в дерюгу (а мы в такой в школе нерождённых ходили и думали, что это грубая ткань). Когда мы покидали всем десятком павильон, торговцы уже закрывали лавки и готовились отправиться по домам.

— Поесть бы — вздохнул Пузо, которому поручили тащить копья.

— Тебе бы всё поесть, — хмыкнула Пятнадцатая.

— Ну так сейчас нас остановят «на поговорить» — и прощай ужин, — вздохнул здоровяк.

Мне тоже стало как-то тоскливо. Мне-то есть хотелось до умопомрачения. А на 5 ули, оставшихся от жалования, не разгуляешься. Пятнадцатая кивнула, осмотрелась на выходе из павильона — и повела нас другим путём.

Мы прошли мимо городских терм и вышли к улице, одна сторона которой была застроена не жилыми домами, а складами. Над крышами носились какие-то говорливые птицы, а в воздухе повис стойкий запах рыбы. Люди здесь были другими — в основном, мужчины, одетые в потрепанные одежды. Или мужчины в белых коротких штанах и таких же накидках.

— Грузчики и матросы, — шепнула нам Пятнадцатая, когда мы спешно шли по улице.

Этим грузчикам и матросам мы были до одного места. На нас они обращали внимания меньше, чем на орущих над складами птиц. Ну а мы делали всё, чтобы стать ещё более незаметными. Окликали нас только дважды. Один раз заставили помочь с выносом огромного ящика. Во второй раз остановили стражники, потребовав от Пятнадцатой предъявить разрешение на выход в город. В остальном добрались даже быстрее, чем утром до рынка.

Пройдя на территорию казармы, мы сразу отправились сдавать снаряжение и только после этого позволили себе расслабиться. Лицо Пятнадцатой перестало быть напряжённым. Хохо принялся снова шутить, а остальные бойцы улыбаться. Нож с Кривым затеяли приятельскую перепалку, поддразнивая друг друга.

— Ну что, отдыхаем пару часов и на ужин? — предложила Пятнадцатая. Предложение все поддержали, и я отправился на «свою» лавочку медитировать.

Я честно пытался выполнять все советы мастера Плока: сидел и пытался почувствовать себя, мир вокруг и мудрость. Долежался до того, что в глазах зарябило, а перед глазами замелькали искорки. Я мотнул головой и только тогда заметил, что у меня появилась соседка. По совместительству, мой десятник.

— У меня в глазах даже искры зажглись, — укоризненно сказал я ей. — Я был уверен, что почувствовал себя и мир, и мудрость… До того, как увидел тебя, незаметно подкравшуюся.