Книга Безымянные слуги, страница 51 – Лео Сухов

Удивительно, но особой популярностью мы пользовались почему-то у пожилых людей, которые считали, что нам некуда торопиться. Одна старушка 20 минут вещала нам о том, как в её времена было хорошо, а в эти — плохо. А мы даже не могли развернуться и уйти. Спас нас какой-то мужчина, отвлекший её разговором, и мы с благодарностью сбежали. Всё время выхода Пятнадцатая была напряжена как струна, и это можно было понять. В конце концов, именно она несла за нас ответственность в этом нелёгком походе за три квартала.

В целом всё прошло без происшествий: до рынка мы добрались, никого не оскорбив, не задев и не обидев. Пятнадцатая привела нас к одному из нарядных павильонов, на которые я смотрел из повозки, и нырнула в боковую дверцу.

— Всё, можно чуть-чуть выдохнуть, — сказала она, когда мы оказались внутри и освободили проход. Впереди шёл широкий коридор длиной во весь павильон. Точнее, это был проход, потому что потолка не было — от яркого солнца и неба нас ничего не защищало. Зато по обеим сторонам прохода на два этажа шли лавки торговцев.

— Это павильон вэри? — уточнил Хохо.

— Да, местные сюда почти не ходят, — подтвердила Пятнадцатая. — А вэри всех этих расшаркиваний не требуют. Разве что сильно не в духе окажутся.

— Я думала, что эту старушку удавлю, — тихо проговорила Зенка, вызвав смешки.

— Тихо ты, — оборвала её Пятнадцатая. — Никогда не говори такого на людях. Ну что, пошли за покупками?

И мы пошли. Бывшие вэри и в самом деле относились к нам иначе. Они нас воспринимали как детей. Да, детей подросших, на которых взвалили ответственность. Детей, у которых нет родителей, а глаза горят не на сладости и игрушки, а на опасное взрослое оружие. Детей, за плечами которых хранился опыт ещё одной жизни. Но всё-таки — детей. И поэтому нам помогали с выбором и покупкой, а не с искуплением неизвестных грехов, за которые наши души отправлены были в Земли Боли.

Приценивались мы долго. Чтобы никого не обделить, Пятнадцатая и Хохо пытались просчитать набор оружия, которого хватило бы на всех. Отдельно взяли меч для Ножа и боевой топор для Кривого. Оставшиеся 500 ули стали использовать в расчетах. Сложность подсчётов состояла в том, что на свою добычу мы могли купить снаряжение лучше, чем у ветеранов нашего десятка, а уже имевшееся — можно было продать. Разве что у Пятнадцатой ничего не нужно было менять.

А ещё у Пятнадцатой в голове были свои расчеты и предпочтения, которые нередко оказывались просто непозволительно дорогими. К примеру, копья она хотела взять с древком, окованным металлическими полосами — хотя бы железными. Стоили такие копья прилично, и тогда не оставалось даже на простенький доспех. Вскоре в расчеты начали включать запасы нашего жалования, но аппетиты медленно приходили в соответствие с возможностями. Немало помогали и сами торговцы, к которым мы обращались за советами не по одному разу. Они предлагали похожие варианты — но дешевле, а после обеда даже стали делать скидки.

Ко второй половине дня, когда от товаров и цен уже рябило в глазах, а животы у всех немилосердно урчали — нужная комбинация наконец сложилась. Старое снаряжение было продано. Мы по очереди были отправлены на подгонку нового доспеха. Причём каждый элемент подгонялся у своего торговца. Правый наруч брали у одного — сразу десять штук, левый — у другого. Девочкам щиты у одного торговца, а мальчикам у другого. А Пузу щит покупали у третьего. И так со всем.