Книга Безымянные слуги, страница 54 – Лео Сухов

За всем этим с интересом наблюдал, к моему удивлению, Пузо, который и сам иногда начинал тренироваться. Не так активно, как это делал я, но с большим рвением.

— Нож, в чём смысл? — не выдержав, задал я вопрос своему тренеру. — Зачем надо сбивать брусок, уворачиваться, стоять в стойках? Я думал, что мы будем отрабатывать удары.

— Ты недоволен или интересуешься? — спросил парень, прерывая тренировку.

— Интересуюсь, — сказал я. — Чем мне быть недовольным? Я просто не понимаю, к чему должен прийти в результате.

— А-а-а, — протянул Нож, усаживаясь на бордюр площадки рядом с Пузом. — Ну вот как тебе объяснить… Вот ты попадаешь копьём туда, куда хочешь, да?

— Не всегда, но часто, — признался я.

— А надо, чтобы всегда. Но то копьём. Копьё — его хорошо в строю использовать, и ты почти всегда видишь наконечник. А меч — он другой. Им часто приходится вслепую бить. Ты его увидишь в последний момент, если меч короткий. Понимаешь?

— Пока да…

— Ну вот, — Нож посмотрел на растерянного меня и Пузо и предпринял вторую попытку объяснить. — Ну-ка, руки подняли и закрыли глаза!

Мы с Пузом подняли руки и закрыли глаза.

— Где ваши руки?

— Наверху! — ответил я.

— Над головой, — ответил Пузо.

— Вот вы откуда это знаете, а? У вас же глаза закрыты. Может, вы уже свои грабки ниже плеч опустили? — спросил Нож.

— Да мы бы почувствовали, — сказал я за себя и за Пузо.

— А вот! Можете руки опустить, глаза открыть, — радостно разрешил Нож. — Значит, вы всегда знаете, где находится ваша рука. Да?

— Да, — задумчиво ответил Пузо, а я ограничился кивком, начиная понимать, куда клонит Нож.

— И не важно, закрыты у вас глаза или открыты: вы всегда знаете, где ваша рука. Сомнительно, что вы можете так в руках запутаться, чтобы ударить самих себя, — продолжил Нож. — Нет, такое тоже бывает. Но чем лучше вы собой владеете, тем реже такое происходит. Вот и с мечом надо так же.

— Его надо чувствовать? Как руку? — предположил я.

— Как часть её! — согласился Нож. — Мечом вы, конечно, как рукой чувствовать не будете. Но видели, как возницы к краю улицы телегу прижимают? Они же не перегибаются через край передка, чтобы проверить, как прижались, а продолжают сидеть в середине и смотрят вперед?

— Да, — согласился Пузо. — Я видел разок. Думал, они просто знают, насколько надо прижать телегу…

— Нет, я узнавал… Они вообще не думают, — ответил Нож. — Просто чувствуют, что вот сейчас — всё, хорош. Или вот вы закрываете глаза и пытаетесь коснуться пальцем носа — и попадаете. Вы точно знаете, где ваш нос. И примерно знаете, где ваш палец.

«Это где же ты таких разговорчивых возниц-то нашёл?» — подумал я.

— Вот так же вам и с мечом надо, когда его используете, — объяснил Нож. — Чтобы если вам острием меча надо было коснуться своего носа — вы могли это сделать с закрытыми глазами. Мечи они разные, оно понятно. Но надо чувствовать длину меча.

— Это упражнение с тренажером, да? — уточнил я.

— Да.

— А стойки?

— Ну стойки — просто удобные, — объяснил Нож. — Надо быть устойчивым. Упражнение, где вы уворачиваетесь — оно для того, чтобы вы могли оценить длину меча противника. Я каждый день беру разной длины тренировочные мечи.

— Вот оно что! — возмутился и расстроился Пузо, — А я-то пытался приноровиться.

Мы с Ножом не удержались от хохота, а Пузо присоединился через пару секунд. Отсмеявшись, Нож пояснил: