Книга Безымянные слуги, страница 185 – Лео Сухов

Когда над стеной появилась голова первого штурмующего, я сделал резкий шаг к зубцу, одновременно толкнув копьём вперёд. Лестница отошла от стены, на мгновение закачалась в нерешительности и вернулась на стену. Серый, оказавшийся первым, злорадно улыбнулся, а я суетливо попытался сдёрнуть чехол с острия копья — внизу что-то треснуло, и серый, удивленно хрюкнув, прыгнул и уцепился за край зубца. Лестница, по которой он забрался, начала заваливаться в сторону. Я уже понял, что не успею вытащить копьё. И вместо того, чтобы бороться с чехлом — я бросил копьё под ноги, сделал шаг вперёд и от души приложил серого ногой. Так же молча, как и появился, тот улетел за стену. Лестница, которую я пытался обрушить и которая в итоге сломалась — сбила соседнюю, избавив Пятнадцатую от прорыва. А я получил назад троих бойцов.

Когда солнце почти зашло — мы всё ещё держались. На восточной стене было уже полтора десятка прорывов. Руки с трудом шевелились от усталости, а живот подводило от голода, но серые продолжали штурм, а мы продолжали отбиваться. Я уже дважды отправлялся на перевязку: один раз получил стрелу в скулу — пробить не пробила, но кровь лилась ручьём. Второй раз мне серый человек рубанул мечом по ноге. Я успел отступить — и нога осталась на месте, но глубокий порез пришлось туго бинтовать. Так что к концу дня я хромал, и даже не из-за пореза, а потому что нога постоянно затекала. Мои бойцы выглядели не лучше. Гвоздь и Рыба вообще временно выбыли, но это было ещё неплохо, потому что у Пятнадцатой выбыло пятеро бойцов — и только трое из них по ранению. Одного утянули за стену, а молодая девчонка, чьего имени я так и не запомнил, получила стрелу в глаз.

В какой-то момент хотелось выть от бессилия и усталости. Не лучше выглядели и другие бойцы на стене. Даже те, кто уже не один год провел в нори — еле держались на ногах. Наверно, ещё час-два, и мы бы просто начали падать, но наши мудрецы наконец пришли нам на помощь по-серьёзному. Земля на кладбище вспучилась, и из-под земли полезла нежить. Очень много нежити. Очень много очень голодной нежити. Серые, не задумываясь, кинулись рубиться с новым противником, а мы принялись вытягивать лестницы на стену. Когда серые сообразили, что что-то пошло не так — было поздно. На всю восточную стену у них осталось две лестницы нужной длины. Как потом стало известно — на западной стене лестница осталась только одна.

Пока серые разбирались с неживыми, мне удалось присесть у зубца и перевести дух. Рядом устало опустилась Пятнадцатая.

— Лента, последи за тем, что происходит снаружи, — приказал я. Девушка тоже устала, но была пока самой здоровой из нас. — Остальные — отдых, сколько получится. Ласка, через десять минут смени Ленту.

— Думаешь, ещё полезут? — спросила Пятнадцатая.

— Они упёртые, — ответил я. — Могут и попробовать… Не знаю… Вообще не могу думать.

Мы сидели и молча отдыхали. Вскоре Ленту сменила Ласка, а потом Зенка. Она и сообщила, что с нежитью покончено. Зенку отправили отдыхать дальше, а мы с Пятнадцатой поднялись и стали наблюдать сами. Серые и в самом деле разобрались с нежитью — и теперь пытались решить, что делать с оставшимися лестницами. Я заметил, как по всей нашей стене поднимаются десятники.

— Эй, бойцы! — проорал вэри с другого конца. — А стрелы ещё есть?