Онлайн книга «Япона осень»
|
Иваныч на секунду прервался: закончил перезаряжаться и вернул барабан на место. После чего закончил: — Вот и пошёл он тогда к буям, эгоист хренов! — Ты только больше от бедра не стреляй! — попросил я Кукушкина. — Результативность ужасная! Ты же не ковбой какой-нибудь… — Ну, знаешь… Там, на переговорах, надо было как-то побыстрее! — хмыкнув, не смутился мэр. Я вспомнил, как мы стреляли, и снова вынужден был согласиться с Иванычем. Мы пришли на переговоры вдвоём, а японцев было много — и все вооружены. Конечно, мы тоже вооружились. Для виду нацепили массивные топоры, а для надёжности — револьверы, скрыв их под одеждой. И, к нашему счастью, японцы их не заметили. Наглость и самоуверенность противной (в нашем случае, очень противной) стороны, а также внезапность атаки сыграли нам на руку. Я отлично помнил, как разрядил весь барабан, выбирая тех, кто выглядел как серьёзный боец. И неплохо рассмотрел глубочайшее удивление на их лицах. А вот тех, кого добивал топором — не запомнил. Может, оно и к лучшему? Спать спокойнее буду. Пока я вспоминал подробности бойни, ещё одна попыталась разгореться рядом с навесом. Наши бойцы открыли огонь, и среди японцев появились первые трупы, а остальные — те, кто не труп — благоразумно залегли в траве и принялись отползать. Правда, некоторые из них продолжали воинственно орать, но это, скорее, потому что очень уж не хотелось лицо терять. — Всё равно… Осень уже скоро, — заметил я, поглядев на небо. — А у нас ни запасов, ни хозяйства. — Да, — согласился мэр. — Ну ты, Вань, просто утешай себя тем, что ну… Таков путь! — Какой путь? — не понял я. — Наш путь! Их путь! — Кукушкин кивнул на японцев. — Судьба, в общем. Он посмотрел на азиатские задницы, мелькающие в траве, прищурился… И даже вскинул револьвер, но стрелять всё же не стал. — Пошли, что ли… Надо снова народ отзывать и собирать армию. А тебе, Вите и Пустырнику скоро будет, чем заняться! Переговоры не задались! Впрочем, тут я согласен с Кукушкиным: они и не могли задаться. Но я до последнего надеялся как-то миром разойтись. Беда в том, что непонятно, что лучше. Пытаться договориться с теми, кто решил тебя прогнать и забрать твою землю, или сразу, как Кукушкин, достать револьвер и перестрелять всех. А на кого патронов не хватило — тех по старинке, топором. Наш отряд остановился сразу за рекой, а руководители принялись решать, что делать. Ну а хмурые уже второй день небеса взирали на это равнодушно и спокойно. Тучи нанесло с северо-запада, то и дело моросил мелкий дождь. Температура как-то вдруг упала, и хоть и оставалась ещё по-летнему комфортной, но холодное дыхание осени ощущалось всё отчётливей. — Надо тут людей оставить, — заметил Витя. — Если попытаются переправиться, брод оборонять легче! — Ну-ну… Много у тебя людей-то? — поинтересовался Кукушкин. — Чтобы тут ещё кого-то оставлять… — Да тут и десяток человек с огнестрелом удержит всю армию! — заметила Кострома. — Удержит, — согласился Кукушкин. — А где-то в другом месте армия сметёт людей, у которых лишнего ружья не будет. Нет, надо как-то иначе всё организовать… Река очень уж удобна, чтобы её оборонять и не пускать к нам этих засранцев. — Построят плоты и переправятся, — не согласился я. — И будут ходить по тылам и резать группы сборщиков. |