Книга Холод, согрей, страница 52 – Олег Фомин

Камалия нависла над обрывом, заглядывает в пропасть.

— Препятствие...

Поплыла к другому берегу, Жея за ней, но ближе к середине остановилась, предупреждает криком.

Тиморис на край обрыва с вытянутой рукой, чуть не улетел вниз.

— Осторожно!

На призраке сомкнулись мясные лепестки, зубы с трех сторон пронзили девушку, тихий крик, взрыв солнечных пушинок, будто сдуло гигантский одуванчик.

Над цветком вспыхнуло, призрак Камалии появился вновь, невредимый.

Разделился на трех одинаковых призраков.

Три Камалии воткнули набалдашники посохов в концы лепестков. Потащили к берегам. Лепестки невольно раскрываются, пульсируют в протесте, одна из Камалий подтянула посох с лепестком к берегу, откуда следит Эгорд. Другие Камалии тоже дотянули, каждая до своего берега.

В метре от сапог Эгорда Камалия воткнула посох в землю, словесную цепь заклинания увенчал жест, и посох превратился в конус солнечного стекла с множеством граней. Глыба намертво приклеила конец лепестка к тверди.

На других берегах тоже два солнечных обелиска, левая Камалия весело кружит вокруг своего творения, правая машет Эгорду и остальным рукой.

Живой трехлучевой мост с зубами вместо перил.

Камалия отплыла, уступая. Рука вытянулась к мосту в приглашении.

— Прошу!

Все, кроме демона, заулыбались, Леарит хихикнула.

— Сжигать мосты ума много не надо, – говорит Тиморис восхищенно, – а вот строить...

Группа цепочкой проходит по лепестку, тот пульсирует, Эгорда покачивает как на море, с лепестка взлетают испарения. А вот и цветочная глотка, та еще жуть. Тиморис чуть не сорвался, но удержала Леарит.

Эгорд ткнул подбородком в правую пещеру.

— Туда.

Дошли до берега, и призраки Камалии слились в одного.

— А почему не идет он?

Люди обернулись.

Хафал остался на том берегу, смотрит презрительно, руки крестом на груди, плевок в сторону...

Рванул к обрыву, лапы загрохотали, оттолкнулись от края, демон уже превратился в гиганта с клешнями, пролетая над горлом цветка, свернулся в хитиновый шар, вращается, пластины сверкают.

Казалось, не долетит, сгинет в пропасти, но ядро грохнуло о лезвие берега, отскочило вперед, Эгорд и Тиморис отпрыгнули в стороны, последний с руганью упал на задницу. А шар вкатился на стену, очертил полумесяц, в воздухе развернулся, и удар о землю приняли уже не клешни, а ладони, от демона отпрянула волна пыли.

Хафал пошел в пещеру.

Камалия посмотрела на Эгорда, пожала плечами, воин-маг улыбнулся, Жея приземлилась на плечо хозяйки, воркует озадаченно.

Тиморис стряхивает пыль.

— Позер сраный...

Остальные пошли за демоном, замыкает Камалия, ей пришлось задержаться – освободить цветок от кристаллических оков.

После Камалия присоединилась к Леарит, на ходу щебечут о своем о женском, Эгорд слов не разбирает, но хочется улыбаться, как пению пташек в саду. Камалия шепчет на ухо Леарит, глядя на кого-нибудь, и они сдержанно хихикают.

— Ну все, не умолкнут! – проворчал демон.

Идет далеко от Эгорда, болтовня девушек о красотах пещеры и делах острова его бесят, а вот Тиморис, топающий теперь позади всех, наоборот, парочкой дам любуется.

Стрекозы показывают Эгорду пещеры далеко вокруг, словно он нерв с кучей щупалец, чувствует каждое, и они сообщают, куда именно ведут следы темных магов. И все крепче мысль, что следы оставлены намеренно...