Книга Холод, согрей, страница 55 – Олег Фомин

Перчатки лежат на уголке плиты, сейчас нужна ювелирная работа пальцев.

Рецепт сложный, процесс требует жесткого контроля, Эгорд отслеживает каждую колбу, в одну что-то подсыпает, в другой усиливает пламя, в третьей корректирует чары.

Но все же успевает перекусывать – то и дело запускает пальцы в мисочку с сухим походным кормом, темную соломинку в рот, жует с хрустом, глаза бегают от колбы к колбе...

— Опять хомячишь! В смысле, химичишь.

Рядом возник Тиморис, веселый, кулаки деловито уперты в пояс, любопытный нос к колбе, вдыхает, блаженный ах, затем к другой колбе, опять вдох, но тут же прочь, как от гадюки.

— Фу! Дрянь какая... А чего бодяжишь?

— Целебное зелье. Новый рецепт, втрое эффективнее нынешнего.

— Ого! С нашей-то нескучной жизнью более чем актуально!

Не отрывая взгляд от лаборатории, Тиморис запустил пальцы в мисочку, кинул кусочек сухого корма в рот.

— Ммм, пальчики оближешь!

Взял горсть темных веточек, отправил в рот все, хруст как от молодого костра.

— Фто это? – спросил с набитым ртом.

Эгорд следит, как медленно пополняется главная колба, меняя цвет.

— Сушеные лапки паука-гнилоеда.

Рвотный звук, Тиморис согнулся пополам, выплевывает, кашляет.

Эгорд отвернулся от лаборатории, смотрит на Тимориса с недоумением.

— А что?

Воин развернулся, широкие сердитые шаги ведут из пещеры, ладонь оттирает губы.

— Тьфу ты, Ямор тебя!.. С тобой свяжешься...

Эгорд провожает озадаченным взглядом.

— Что не так-то?

Пожал плечами, взял из мисочки лапку.

— Очень питательно, между прочим.

Положил в рот, внимание вновь к лаборатории, главная колба почти полная.

Хм...

Ее содержимое приобрело зеленоватый оттенок.

Жидкости текут в колбу, конечный продукт то и дело меняет цвет, но всегда есть примесь зеленого.

Эгорд сцапал с плиты веер листков, мелькают расчеты, такого эффекта быть не должно.

— Странно... Чего-то не учел.

Колба наполнилась до края, и Эгорд остановил работу установки, колба перекочевала в пальцы. Да, что-то не так, но радикальных отклонений быть не должно, он ведь перепроверил записи, не первый же день алхимией занимается.

Указательный палец оброс ледяным когтем. Эгорд прочертил на руке с колбой глубокую царапину, вспухла бордовая гусеница, с нее потекли капельки.

— Что ж, посмотрим, как быстро заживет.

Эгорд приставил горлышко колбы к губам, голова запрокинулась, и сосуд быстро опустел, а глаза расширились, потому что увидел на потолке...

— Опять ты!

Колба упала, Эгорд отступил на шаг, ладонь на рукояти меча.

Хафал прижимается к потолку, пластины и бугры мышц похожи на камни, хвост прилип к своду буквой “S”.

Линии начали дрожать, все окрасилось в зеленый, голова закружилась, к горлу подступает тошнота.

Накрапывает каменный дождик, демон с треском отжимается от потолка, открылись глаза, вспыхнули зеленые огни, Хафал смотрит на Эгорда вниз головой, хвост извивается.

Воин-маг схватился за горло, все качается, Эгорд зашатался как пьяный, упал на спину, попытка подняться провалилась.

Сквозь зелень видит, как с потолка падают на ледяной стол и в колбы... капли. Срываются с жала демона, от стола вьется дымок.

Вот почему зелье позеленело.

Организм справился бы, не первый раз травится ядом Хафала, но, похоже, в сочетании с новейшим зельем яд стал сильнее.