Книга Кожевник из Долины Ветров, страница 85 – Артём Град

Мы шли молча несколько минут. Солнце припекало, ветерок шелестел в высокой траве на обочине. — Ты говорила о Ривенхолле, — нарушил я молчание. — Какой он? Настоящий, а не тот, что в пересказах.

Ева вздохнула, поправляя корзинку на локте.

— Разный, Тео. Очень разный. Если у тебя есть деньги — это лучший город на свете. Каменные мостовые, которые моют каждое утро. Магические фонари, горящие всю ночь. Лавки, где можно купить шелк из Южных островов и специи с Востока. Гильдии устраивают парады, лорды — балы. Там жизнь кипит, бурлит, переливается через край.

Она замолчала, глядя себе под ноги.

— Но есть и другой Ривенхолл. Нижний город. Портовые кварталы. Там теснота такая, что небо видно только узкой полоской. Там за медяк могут перерезать горло, а стража туда даже не заглядывает. Все дорого, за комнатушку размером с твой шкаф просят столько, сколько здесь стоит аренда целого дома на год.

— Значит, город контрастов, — задумчиво произнес я. — Идеальное место для торговли… и для потери души.

— И для того, и для другого, — согласилась она. — Мой муж… он любил этот город. Говорил, что там чувствуешь себя в центре мира. А я всегда скучала по тишине, по запаху леса, который не перебивает вонь сточных канав.

Я слушал её рассказ, а в голове крутилась другая мысль. Стефан, при всей его житейской мудрости, был человеком локальным. Его мир ограничивался Ольховой Падью и ближайшим лесом. Он честно признался, что о Броне Пегаса знает лишь то, что это «наследство». Ева же десять лет прожила в столице, вращалась среди людей, которые живут охотой и артефактами.

— Ева, — я осторожно перевел тему. — Ты вчера упомянула, что слышала об отце…о его секретах.

— Слышала, — она посмотрела на меня искоса. — В тавернах, где собираются егеря и наемники, языки часто развязываются. Имя Александра Эйра всплывало редко, но всегда с каким-то… придыханием. Говорили, что он был не просто кожевником. Что он работал с материалами, за которые другие мастера даже браться боялись.

— С какими материалами?

— С кожей монстров, Тео. Настоящих, реликтовых тварей. Виверны, василиски, пещерные черви… Говорили, что он знал способ обрабатывать их шкуру так, чтобы сохранять магические свойства. Обычно такая кожа после смерти твари дубеет и теряет силу, становится просто прочным куском мяса. Но работы твоего отца… они оставались «живыми».

— А про Пегаса? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. — Слышала что-нибудь про доспех с таким именем?

Ева нахмурилась, вспоминая.

— Пегас… Кажется, да. Один старый наемник, одноглазый такой, клялся, что видел чертежи. Говорил, что это был заказ самой Короны, но потом что-то пошло не так. То ли политик какой-то вмешался, то ли денег пожалели. В общем, проект закрыли, а мастера, который его вел, вроде как отстранили от дел гильдии. Но это всё слухи, Тео.

Но в каждом слухе есть доля истины. Заказ Короны? Это объясняло бы уровень сложности и отсутствие имени заказчика в том свитке, что я нашел в подвале. Но почему тогда отец остался с готовым изделием на руках? И почему спрятал его?

Мы подошли к развилке. Еве нужно было направо, к дому Стефана. Мне — прямо, к мастерской. Но расставаться не хотелось, и дело было не только в информации. Возвращаться в пустой дом, где в подвале фонит магией легендарный доспех, а на верстаке ждет унылая починка ремней, было физически неприятно. Мне нужен был буфер. Живой человек рядом, чтобы не сойти с ума от собственных мыслей.