Книга Смотритель маяка 1, страница 108 – Сергей Шиленко, Артём Град

Бросив бочку как есть, я, не медля ни секунды, припустил к берегу, туда, где у камней на привязи покачивалась шлюпка, и с разбегу, даже не снимая ботинок, плюхнулся в ледяную воду. Мой страх перед глубиной в этот миг не имел значения. Если не утону, то помру от удушения, а так хотя бы был шанс.

Я зацепился за борт лодки и ещё немного побултыхался, затем, выбравшись на берег, выжал свои изорванные взрывом и копьём штаны и поймал себя на неожиданной мысли. В этой утренней катастрофе имелся небольшой плюс: мерзкий субстрат напомнил, что его пора перемешать. Ещё день-два в закрытой бочке, и процесс ферментации окончательно превратил бы ценное удобрение в ядовитую массу, которую пришлось бы только вылить в океан.

Ядовитый запах буквально въелся в поры, морская вода не смогла до конца его вытравить, но рубашка, завязанная на лице, вымокла так, что почти перекрывала доступ смраду. Вооружившись корягой, я подошёл к бочке, погрузил её в жижу и принялся мешать. Мясо почти полностью разложилось, превратившись в густое жирное месиво, и пришлось прилагать немалые усилия, чтобы провернуть его в бочке. Субстрат сопротивлялся, пузырился, то и дело выбрасывая новые порции зловонного газа.

— Норма-а-ально! Но не на того напал, — я решительно уважал стремление этого кита мстить за свою преждевременную кончину. Сделав десяток энергичных оборотов и убедившись, что масса стала однородной, накрыл бочку почерневшими досками и вернул на место валун.

Ну вот, пускай доходит на солнце подальше от нас.

А теперь первым делом мыться!

Распахнув настержь дверь и все окна на Маяке, я битых полчаса оттирался жёсткой мочалкой и китовым мылом, стирая запах (какая ирония!) китового мяса.

Наконец Боцман получил свою порцию рыбы и теперь довольно щурился в углу, а я, прислонившись к косяку и глядя на океан, заканчивал завтрак, дожёвывая сухую лепешку. Проходя мимо зеркала, остановился рассмотреть ссадину на лбу. Края уже начали подсыхать, стягиваясь тёмной плотной корочкой. Воспаление мне не грозило, заживёт быстро, если не носить треуголку.

Раз уж гидропоника так активно напомнила о себе, стоило заняться подготовкой лотков для рассады, мачты уже давно дожидались своего часа. Но сперва топливо, потом грядки. Маяк требовал энергии, а мои запасы таяли с пугающей скоростью.

За прошедшие солнечные дни брёвна просохли идеально. Я взял топор, проверил пальцем заточку и направил первый удар точно в середину мачты, чтобы разделить её на две поменьше. Привычная работа возвращала ощущение деревни, семейного уюта, будила воспоминания о дедушке с бабушкой. В городских муравейниках это чувство быстро теряется, сменяясь суетой, выхлопными газами, счетами за электроэнергию, соседскими склоками и отчуждением, изоляцией. Топор ходил легко, отделяя ровные щепы и увесистые чурки.

Никаких сучков, никакой гнили, отличный материал!

Через два часа интенсивного махания половина мачты превратилась в аккуратную гору дров. Поленья со стуком сыпались друг на друга, образуя внушительную кучу. Набрав полную охапку и чувствуя приятную тяжесть в плечах, я отнёс первую партию к печи. На первое время этого хватит. Подкинул пару свежих полешек в разогретую топку, огонь весело затрещал, поедая сухую древесину. Короткая передышка закончилась, пора возвращаться ко второй мачте и готовить лотки под будущую зелень.