Книга Смотритель маяка 4, страница 9 – Сергей Шиленко, Артём Град

Аккуратно срезал верхний обгоревший слой. Под черной коркой обнаружилась идеальная, золотистая, пышная масса с кривенькими кусочками лимона.

— Вот. Сгорела только верхушка. Остальное в полном порядке.

Отрезал кусок, положил на тарелку и заварил крепкий чай.

— Пробуй, — сказал я.

Мирель с недоверием посмотрела на кусок, потом на меня. Осторожно отправила в рот кусочек. Прожевала. Её лицо медленно начало светлеть.

— Вкусно, — прошептала она. — Правда вкусно.

— Конечно вкусно. Лимон, сахар, тепло и немножко отношения.

Я отрезал и себе кусок, отхлебнул чаю и почувствовал, как напряжение последних дней наконец отступает. В комнате пахло лимоном, Боцман где-то рядом громко мурчал, а за окном шумел океан.

— В следующий раз, — добавил я, прожевывая пирог, — Научу тебя вовремя вынимать тесто из печи. Не хочу, чтобы наш маяк превратился в один большой костер.

Мирель тихонько рассмеялась. И в этот момент мне показалось, что всё, что мы прошли за этот день — от трупа до сгоревшего сена — было не таким уж и плохим. Нет, трупу не повезло, это ужасно. Но уроки, которые я извлек, скоро послужат большому делу.

В самый разгар спокойствия раздался сигнал радара. Мерный пунктир, который мгновенно вырвал нас из состояния полудремы.

Я отставил чашку и пошел в фонарную. На экране пульсировала точка. Большая, пожалуй, даже слишком большая для типичных посетителей маяка. Она двигалась уверенно и быстро.

Мне не нужна была позорная труба. Когда придет — тогда придет, не пропущу. Не терран, и слава богу. А пока займу руки делом.

Спустился на первый этаж, чтобы проверить механизмы костюма после работы. Начал проверять крепления, простукивая бруски турбин. Нужно было понять, сколько ресурса осталось в черных кристаллах, замерить, на сколько полетов их хватит. И всегда иметь при себе пару запасных.

Я как раз затягивал верёвку на правом плече, когда мир вокруг вздрогнул.

Раздался корабельный гудок. Глубокий, низкий, вибрирующий звук. Стекла в окнах маяка жалобно звякнули, а Боцман, который только-только решил вздремнуть, подскочил так, будто его ударили током, и с диким шипением умчался куда-то вглубь этажей.

Такой звук мог издать только один тип судна. Я вышел на берег.

Из серой дымки, медленно раздвигая воду, выплывал он.

Колосс океана. Белый, как кость, с бесконечными рядами иллюминаторов, которые сейчас сияли теплым, золотистым светом. Огромный стальной нос, похожий на лезвие гильотины, медленно резал воду, создавая вокруг себя мощную волну. Четыре гигантские трубы выбрасывали в небо густые клубы дыма, а по палубам, до которых мне даже снилось дотянуться, гуляли огни.

— Твою налево. Титаник?

Я стоял на камнях, задрав голову, и чувствовал себя песчинкой. Судно было настолько огромным, что перекрывало собой горизонт. И из этой стальной громады доносилась музыка, приглушенные звуки оркестра, какие-то вальсы, которые казались здесь, на острове, чем-то совершенно чуждым.

Но внимание привлекло другое. С борта корабля, с ритмичным лязгом цепей, начали спускаться шлюпки. Большие и белые, они все равно казались игрушечными на фоне этого левиафана. В них плотно набились люди плечом к плечу и с воплями двинулись к маяку.

— Ну что, — подумал я. — Тот момент, ради которого стоило здесь оказаться.