Книга Смотритель маяка 4, страница 12 – Сергей Шиленко, Артём Град

— Придурок, — мелькнуло у меня в голове. — Туман такой глупости не прощает.

Серые клубы игриво окружили ножку бокала. Мужчина пытался показать кому-то свой успех.

— Стой! Не смей! — крикнул я, пытаясь перекрыть шум.

Но мой голос утонул в общем гомоне. Кто-то громко рассмеялся, кто-то звякнул бокалом. Нас разделяли четыре заполненные лодки. Люди продолжали щебетать, не замечая, как серая лента тумана обхватила запястье пианиста.

В следующую секунду произошло то, чего я боялся больше всего.

Мужчина даже не успел вскрикнуть. Он вылетел из шлюпки, как пробка из бутылки. Всплеск воды был коротким, глухим. Бокал с шампанским сделал небольшой всплеск и исчез под водой.

На месте, где секунду назад сидел человек, осталась лишь пустота.

Женщины на шлюпке завизжали, кто-то запричитал, но паника была короткой. В соседних лодках, где не видели самого момента исчезновения, решили, что кто-то просто неудачно свалился за борт или устроил шутку.

— О боже, какой экспромт! — донесся с соседней шлюпки чей-то восторженный голос.

Люди начали смеяться. Под общий гвалт кто-то даже затянул беззаботную песню, которую подхватила подвыпившая толпа.

Я смотрел на темную воду, где только что исчез человек. Страх, который был у меня перед этим существом раньше, давно сменился злостью. Он, как зимний холод, который заставляет тебя надевать одежду. Или как плесень, почуяв которую, начинаешь обработку вещей. Ты знаешь, что расслабляться нельзя, и просто живешь в новом состоянии. В теплой одежде или подкрашивая известью потертости на стене. Рутина… и злость.

Шлюпки медленно причалили к гигантскому черному борту Титаника. Судно возвышалось над нами, как скала, ослепляя чистотой и величием.

Мы поднялись на палубу. Под подошвами сапог вместо привычного камня или песка теперь был дорогой, идеально отполированный тик. Я медленно водил глазами, изучая каждую деталь. Мирель же вертела головой, и тыкала пальцем по все и во всех.

Время на корабле застыло в самом роскошном моменте. Позолоченная лепнина, тяжёлый красный бархат, резное красное дерево, которое блестело так, что в нём можно было видеть своё отражение. Всё вокруг буквально кричало о богатстве, которое таки удалось унести с собой в могилу, вопреки поговорке.

— Аааа! — пискнула русалка, положив руку на толстые полированные перила.

Вокруг нас сновали люди. Мужчины в безупречных смокингах, женщины в шелковых платьях с огромными шляпами. Они смеялись, обсуждали какие-то пустяки, обменивались любезностями.

— Ну конечно. Вернулись к прежней жизни.

Мы шли сквозь эту толпу, я чувствовал себя инородным телом. Грязная рубаха, подпаленные сапоги, потертая пиратская треуголка, запах гари дерева. Я был как пятно мазута на белоснежной скатерти. А Мирель, на мой взгляд вписалась куда органичнее. Красивая девушка с черными локонами, от нее пахло лимонными пирогом, пусть и слегка подгоревшим. Ее белая блузка была чиста, а юбка привлекала внимание мужчин.

Пассажиры реагировали на меня по-разному. Большинство просто игнорировали, будто я был частью интерьера. Но некоторые, кто был чуть более любопытен, задерживали взгляд. Женщина в жемчугах прикрыла нос кружевным платком, когда я прошёл мимо, а какой-то господин в цилиндре посмотрел на меня с таким искренним недоумением, словно я только что заявил, что Земля круглая. Всем же известно, что она плоская.