Онлайн книга «Рассказы»
|
Стив выставил из окна локоть и подставил ветру лицо. Его тёмные волосы развевались по лицу, пять дней немытые и год нестриженые. Теперь их можно было собрать в хвост, но он оставлял их распущенными, когда вёл машину, потому что любил ощущать дуновение ветра. Во льду холодильной камеры лежала свежая шестибаночная упаковка Бада. В его вселенной нынче ночью не заладилось только одно. Дух, свернувшийся на пассажирском сиденье, примостив ноги в кроссовках на приборной панели, тихо напевал невыразительный обрывок песни: — Ездил по пустыне на безымянной лошади… Как приятно не быть под дождём… Стив покрутил рычажок радио. На всех частотах результат был одинаков: сухой шум чистой статики, будто звук прочищающей глотку пустыни. — И никто не причинит тебе боль… На-а, НА-А, на-на-на-на… — Хватит петь эту ебаную песню! — А? — Дух поднял взгляд. Лунный свет сделал его глаза и волосы ещё более бледными, чем обычно, кожу сделал полупрозрачной, придал ему вид чего-то неземного, сотканного из эктоплазмы, способного в любую минуту замерцать и исчезнуть. Открытая пивная банка у него в руке, правда, несколько развеивала иллюзию. — Ты опять поешь эту песню Америки. Перестань. Я эту песню терпеть не могу. — Ой. Прости. Дух умолк и снова погрузился в мечтания, из которых его выдернул Стив. На протяжении тринадцати лет они с лёгкостью проводили в компании друг друга длинные отрезки времени. Они вместе прожили конечный этап детства, вместе выросли. В течение этих недель в машине, впрочем, их дружба достигла новой точки равновесия. Они говорили бурно и много, но в молчании друг друга понимали не хуже. Иногда часами ехали, не произнося ни слова. Но время от времени им случалось друг друга бесить. Через несколько миль сквозь рёв ветра в открытом окне Стив услыхал: — На-а, НА-А, на-на-на-на… Он скрипнул зубами. Он знал, что Дух даже не замечает, что поёт вслух. Как певец, Дух имел склонность озвучивать любой клочок мелодии, промелькнувший в мозгу. Иногда это было что-нибудь неповторимое и потрясающее. Иногда — капелька хлама из семидесятых. Америка числилась не более чем первой в наваристом алфавитном бульоне из групп, которые Стив ненавидел, отвратительных групп с идиотскими названиями в одно слово: Бостон, Иностранец, Триумф, Путешествие, Хлеб… — На-а, НА-А… — Ты, небось, слыхал о коте с человечьей башкой, который здесь обитает, — сказал Стив. Дух перестал петь, снова взглянул на Стива. Его бледно-голубые глаза серебристо отсвечивали под луной. — О чём? — О коте с человечьей башкой. Он живёт здесь, в пустыне, жрёт рогатых лягушек, гремучих змей и жертв автокатастроф, а пьет кактусовый сок. Размером примерно с рысь, но с человеческой головой, типа, скукоженной. — Правда? Оттого и весело было травить Духу байки — он всегда с готовностью в них верил. Рождённому и отчасти выросшему в горах Северной Каролины, ему доводилось видеть и трогать вещи, не менее странные, чем выдумки Стива. — Конечно, дружище. Я слыхал, один чувак заблудился тут как-то глубокой ночью, и машина у него сломалась. Не на главном шоссе, а в каких-то ебенях глубоко в пустыне, которых даже на карте нет. Так вот, он выпил бутылку виски, которую прихватил с собой, и отрубился, лёжа прямо на капоте. А когда проснулся, рядом сидел кот с человечьей башкой и смотрел на него. Полная луна отсвечивала от песка, и он ясно, как днём, видел его лысую голову и маленькое морщинистое личико. Глаза у него были зелёные, а мех начинался от шеи, прямо с воротника. От шеи это был обычный кот. Но с человечьей башкой. |