Книга Умри тихо, мой ангел, страница 106 – Андреас Гётц

Она смотрела, как он, сидя на ступеньке лестницы, завязывал шнурки. Казалось, она хотела что-то сказать. Однако она продолжала молчать. Наконец он встал и накинул на плечи куртку.

— Мне надо идти. Давай созвонимся завтра.

Джой закрыла дверь.

Саша поднял воротник куртки. Поднялся холодный ветер. Он быстро зашагал вниз по улице, к дому, в котором — возможно — жил Тристан. При этом он смотрел в оба, пытаясь обнаружить Марайке, но ее нигде не было видно. Когда он подошел к входу, неожиданно кто-то окликнул его сзади:

— Полиция. Что вы здесь делаете в такое позднее время, молодой человек?

Он перепугался до полусмерти и резко обернулся. Перед ним с довольной ухмылкой на лице стояла Марайке, как всегда, в шикарном прикиде. В волосах у нее сверкал блестящий обруч, она была одета в синюю куртку, доходившую ей до бедер, которая была застегнута до самого горла, а в талии плотно перетянута поясом, и в дорогие джинсы-дудочки.

— Очень смешно, — сказал он.

— Пойдем.

Он последовал за ней. Они завернули за угол к задней стороне дома, находившейся в строительных лесах. Несколько окон слабо мерцали в отблеске включенных телевизоров, остальные оставались темными. В том числе и те, которые относились к квартире М. Энгельхарта.

— Ты действительно хочешь провернуть это дельце?

— А ты как думаешь?

Марайке первой начала подниматься по лестнице, он последовал на некотором расстоянии за ней. Они без труда добрались до четвертого этажа. Эти строительные леса были настоящим подарком для любого взломщика. Правда, в такой развалюхе, вероятно, не было ничего ценного, ради чего имело смысл устраивать кражу со взломом.

Марайке вытащила из кармана своей куртки фонарик.

— А ты взял с собой фонарик?

— Конечно.

Саша достал свой фонарик.

Как два призрачных пальца, оба конуса света бродили по помещению за окном, ощупывали разбросанные шмотки, пустые коробки из-под пиццы, переполненные окурками пепельницы, компакт-диски и прочее барахло. Вместо картин стены украшали граффити.

— Выключаем свет! — Марайке выключила свой фонарик, Саша последовал ее примеру с секундным опозданием.

— А что теперь? — спросил он.

Она что-то вытащила из кармана своей куртки.

— Надень вот это.

Только когда она сунула их ему в руку, он увидел, что это были одноразовые резиновые перчатки, которыми обычно пользовались врачи или санитары.

— Из-за отпечатков пальцев.

Она подумала действительно обо всем. И, по всей видимости, ей нравилось указывать другим, что делать дальше. В то время, когда он, испытывая неприятное чувство, натягивал перчатки, она уже начала ощупывать окно.

— Здесь не получится, — констатировала она. — Посмотрим другое окно.

Находившееся рядом окно относилось к кухне и было поменьше, чем то, которое они осмотрели. Марайке осторожно надавила на стекло. Рама начала потрескивать. Она надавила сильнее. Окно поддалось, правда, только вверху.

— Что будем делать теперь? — спросил Саша.

— Мы так быстро не сдадимся. Может быть, я смогу добраться через щель до ручки.

Она сняла куртку и закатала рукава своего пуловера. Это граничило с акробатическим искусством, как она просовывала свою руку через узкое отверстие и подбиралась все ближе к рычагу, с помощью которого переставлялось окно. Наконец она ухватилась за рычаг и повернула его вниз. Окно выскочило внизу из паза и теперь висело всего лишь на одном шарнире.