Книга Умри тихо, мой ангел, страница 109 – Андреас Гётц

Дерьмо, подумал он, что все это может означать?

Он снова выпрямился и вгляделся в лицо, смотревшее на него из зеркала. Оно было знакомым и в то же время каким-то чужим. Таким, словно с ним что-то произошло, словно оно изменилось, всего лишь на какую-то малость, но решающую.

Однажды он уже пережил похожий момент: после смерти своего отца.

Какой-то шум вывел его из задумчивости. Тяжелые шаркающие шаги на лестничной площадке. Они приближались.

— Выключи свет! — приглушенным голосом воскликнул он и ударил кулаком по выключателю. — Кто-то идет сюда!

Марайке тоже среагировала молниеносно, квартира погрузилась в темноту. Сашино сердце бешено колотилось в груди, внезапно его бросило в пот.

Шаги приблизились. Кто-то остановился перед дверью квартиры. Раздалось позвякивание связки ключей.

Тристан, подумал Саша. Что теперь?

Он услышал, как кто-то ковырялся ключом в дверном замке, дверную ручку несколько раз нажали вниз, сначала спокойно, потом сильнее, яростнее. Кто-то грубо выругался. «Что за дерьмо, твою мать!..» Что там происходило? Потом снова шаркающие шаги. Наконец — тишина.

Ему показалось, что прошла целая вечность, прежде чем он отважился спросить в темноту:

— Что это было?

— Понятия не имею, — донесся из гостиной голос Марайке. — Возможно, какой-нибудь пьяный сосед ошибся дверью.

Только теперь Саша с облегчением перевел дух.

— Нам надо сваливать отсюда, — сказал он.

Из гостиной в ванную упал свет. Марайке снова включила торшер.

— Я тоже так считаю, — сказала она.

Он вышел из ванной. В этот момент он что-то заметил краем глаза. У него вырвался приглушенный крик, и он тотчас отпрянул назад.

Кто-то стоял в проеме входной двери и из полумрака смотрел на него.

Фигура в дождевике оливкового цвета.

Как они могли так ошибиться! Никакой не сосед, который ушел в квартиру по соседству. Тристан!

Но почему он не двигался? Почему он просто стоял там?

Саша пригляделся — и облегченно вздохнул.

Никакого Тристана. И вообще никого. Всего лишь висящий на вешалке дождевик. С длинным надрывом сбоку.

Но этот дождевик он уже где-то видел. И он тотчас вспомнил где.

Когда он с дождевиком в руках вошел в гостиную, то нашел Марайке, сидящую за ноутбуком Тристана.

— Посмотри сюда, — сказал он и поднял вверх куртку.

Она повернулась к нему, однако не обратила никакого внимания на его находку, а сразу спросила:

— Где твои перчатки?

— Видимо, я забыл их в ванной. Такую куртку я уже однажды видел. После нашей первой встречи в «Рокки». Тогда какой-то тип в подобной куртке поспешил убраться, когда я заметил его. Тогда я ни о чем таком не подумал, но теперь… Возможно, это был Тристан. Может быть, уже тогда он держал нас на примете.

Даже страшно представить себе: в то время, когда он искал Тристана, Тристан уже давно нашел его.

— Дерьмо… Давай, наконец, смоемся отсюда, мы и так торчим здесь слишком долго.

Саша вернулся в ванную, чтобы забрать свои перчатки. Когда он уже снова собирался уходить, его нога наткнулась на какую-то коробку, стоявшую под умывальником. Звон стекла заставил его остановиться. Минутку, подумал он, если это не… Он снова надел перчатки, открыл коробку и нашел, как и ожидалось, целый набор химических пробирок и прочих стеклянных емкостей, а также лопаточек и горелку Бунзена. Кроме того, баночки и бутылочки с химикатами. На этикетке одной из бутылочек он прочел: Красная кровяная соль (Гексационоферрат (III) калия); на другой: Поташ; на одной из бутылочек было написано: Серная кислота. Разве не эти же самые названия встречались в видеоклипе об изготовлении цианистого калия?