Книга Лунные зайчики смерти. Трагедия 1988 года, страница 33 – Элис (Арису) Арисугава

— Ты же любишь детективы с узким кругом подозреваемых, Моти, – вяло отреагировал Ода, и Мотидзуки согласно кивнул. – Чем тебе не «Тайна сиамских близнецов»^[47] или «Белый ужас»^[48]? Или «Десять негритят».

«Узкий круг подозреваемых», если верить словарю детективных терминов, – это тип сюжета, в котором убийство происходит в замкнутом пространстве, полностью отрезанном от внешнего мира. Его также называют «сюжетом заснеженного шале». Это может быть затерянный в снежных горах домик, или деревня, отрезанная ураганом от внешнего мира, или уединенный остров, куда не заходят корабли. Сюда же относят такие виды транспорта, как самолет или поезд. Поскольку вторжения извне исключены, убийцей может быть лишь кто-то из присутствующих, а тот факт, что он по-прежнему находится среди действующих лиц, усиливает напряжение. Кстати, этот тип сюжета, который так нравится Мотидзуки, часто позволяет строго ограничить круг подозреваемых в настоящих расследованиях.

— Кажется, в «Тайне сиамских близнецов» герои оказываются заперты как раз на вулкане? – сказал Ода, а Мотидзуки насупился:

— Откуда в материковой Америке взяться вулкану? Это история о том, как отец и сын Куины сталкиваются с лесным пожаром и укрываются в доме на вершине горы, где затем происходит убийство. Пожар подступает, убийства продолжаются – в общем, ситуация аховая.

— Понятно. Вообще-то, Моти, вулкан Сент-Хеленс находится в материковой части США.

— Хм.

Полог палатки откинулся в сторону, внутрь заглянул Сёдзо:

— Привет!

— Неплохо бы сначала стучать, – сказал Мотидзуки, садясь.

— Виноват. Но в палатку особо не постучишь. Вообще-то я к вам с хорошими новостями от нашего Информбюро. В последнем выпуске упомянули группу молодых людей, которые, по-видимому, разбили лагерь на горе Ябукияма. Диктор выразил беспокойство по поводу их безопасности.

— Всего-то? – спросил я.

— Ну… Пока только это. Но раз беспокоятся о нашей судьбе, то бросать на произвол точно не собираются. Про спасателей пока не говорили, но, похоже, идет подготовка к операции.

— Хотелось бы верить, – сказал я и тут же возненавидел себя за ехидную интонацию, прозвучавшую в моих словах.

— Кажется, впереди забрезжил луч надежды, – бодро добавил Эгами. – Дай знать, если будут еще новости. Спасибо!

— Не за что!

Он приподнял правую руку, и я увидел кольцо, которое все еще было у него на безымянном пальце. Заметив мой взгляд, он посерьезнел и взглянул на свою правую руку.

— Никак не получается снять, – пояснил он, – мало того что сустав мешает, так оно вообще не двигается, словно приросло к коже. Мне жаль, что приходится носить кольцо Салли, но, помимо прочего, это еще и очень больно! Я не могу даже сжать кулак, не то что поднять что-нибудь.

— Не спеши, у тебя куча времени, – беспечно сказал Ода. Сёдзо невесело усмехнулся и пошел сообщать новости в следующую палатку.

— Пойду проведаю остальных. – Мне стало неуютно, и я вышел на улицу. Пейзаж казался белесым, но, возможно, это была лишь игра моего воображения. Легкий ветерок шелестел листьями деревьев. Разноцветные палатки выглядели одиноко и уныло, словно «воинов павших грезы о славе»^[49]. Я решил навестить Риё.

— Можно к вам? Это Арисугава.

— Входи, – раздался голос Риё.

Руми лежала, а ее верная медсестра Риё сидела рядом, скрестив ноги по-турецки. Обе натянуто улыбнулись, словно делали это из вежливости.