Книга Лунные зайчики смерти. Трагедия 1988 года, страница 32 – Элис (Арису) Арисугава

— Как далеко находится завал? – спросил Фумио.

— Примерно в тридцати минутах ходьбы. Мы с Такэси пытались найти дорогу вниз, но безуспешно.

— Что будем делать? – обратилась непонятно к кому Юко, но никто не мог ей ответить.

— Помощь придет, – не выдержал я. – Внизу наверняка знают, что мы поднялись в горы. Мы высадились из автобуса у подножия с багажом. Надо просто дождаться спасателей.

Такахико поддержал:

— Элис прав. Понимаю, это может выглядеть как бездействие, но нам ничего не остается, кроме как ждать здесь.

— Интересно, как надолго нам хватит еды? – спросила Мика. – Мы рассчитывали на пару дней.

И мы, и Риё с подругами взяли с собой еды на двое суток плюс небольшой запас. Мы задержались еще на день, понимая, что этого запаса хватит, но вот насчет большего я не был уверен.

У компании Сёдзо запасов было еще на два дня.

— Придется экономить.

Мика скрестила на груди руки – похоже, пыталась упорядочить мысли в голове.

— Найдите Салли, – с тоской произнес Такэси. – Салли может быть ранена, обездвижена. Пожалуйста, найдите ее!

Риё встала. Я поднялся следом. Сёдзо тоже.

— Лучше взять с собой лопату, – сказал Такахико и тоже нехотя поднялся.

— Я тоже пойду, – сказал Эгами. – Кто-то должен остаться: приглядывать за палатками и готовить еду. Дежурства отменяются, готовка поручается девушкам. Парни идут вниз с лопатами.

— Я пойду! – сказала Риё, и Эгами кивнул, разрешая.

— Хотите, останусь? – спросил Такахико.

— Мы справимся, иди! – помахала ему Мика. Руми грустно проводила глазами Риё.

Одиннадцать парней и Риё отправились вниз. Через сорок минут мы оказались в том месте, где гора неузнаваемо трансформировалась, и стали звать Салли.

Такэси и Риё поочередно выкрикивали ее имя и внимательно прислушивались, не раздастся ли долгожданный ответ.

— Безнадежно, – прошептал Такахико на ухо Эгами.

Лопаты, которые мы притащили с собой, оказались бесполезны. Мы искали спуск с горы, но, так и не найдя его, вернулись в лагерь.

Я молча глотал безвкусную пищу. Такэси сидел в стороне, не притронувшись к еде. Никто не решался с ним заговорить. Смотреть, как он сидит сгорбившись и держится за голову, было невыносимо.

Все продукты сложили вместе для общего учета. К счастью, о питьевой воде можно было не беспокоиться. Мику назначили министром продовольствия, а Фумио, у которого был радиоприемник, – главой Информбюро.

Поводов для беспокойства хватало. Помимо тревоги за поведение вулкана, поддержания запасов продовольствия и поисков Салли, необходимо было тщательно обрабатывать рану Руми. Моральное состояние Такэси, Риё и других оставляло желать лучшего.

«Однажды утром я проснулся и почувствовал себя знаменитым» – это тоже Байрон.

А я однажды утром проснулся и почувствовал, что все плохо.

Гора словно сделала длинный зевок и снова погрузилась в сон, больше не подавая признаков жизни. Только черные клубы дыма тянулись в небо, заслоняя солнечный свет. Я сжал губы, представив синеву, которая расстилается по ту сторону этого безрадостного, гнетущего неба.

Четверо участников Клуба изучения детективов валялись в палатке. День тянулся мучительно долго.

— Вот и повеселились. Похоже, пришло время платить по счетам. Только сумма уж больно несоразмерная, – проговорил Мотидзуки, лежа на спине и уставившись в низкий потолок палатки. Эгами и Ода сидели рядом, по-турецки скрестив ноги, словно две статуи Будды. Я обхватил руками колени и думал, как найти выход из этого положения.