Книга Лунные зайчики смерти. Трагедия 1988 года, страница 31 – Элис (Арису) Арисугава

Я звал его до хрипоты. Солнце уже садилось, когда я нашел его, лежащего на земле у ручья. Он был истощен после целых суток без пищи и к тому же сломал ногу. Он заблудился и бесцельно бродил по горам. В итоге сорвался и упал в ручей с высоты пяти метров. Я наложил шину, взвалил его на спину и пошел обратно.

Я проклинал себя за глупость. Теперь я и сам не знал, куда идти. Пока мы плутали, начало темнеть. Он еще больше обессилел. Но сколько бы я ни старался, я ничего не мог поделать. Я тщетно бродил по горам, распевая песни, чтобы поднять дух; в итоге мы заночевали там. Для него это была уже вторая ночь. У меня в кармане было лишь несколько пластинок жвачки, а вокруг ничего, что можно поесть. Я держал его на руках всю ночь в кромешной темноте посреди леса, пытаясь облегчить его состояние хотя бы сладкой жвачкой.

Ветер усиливался, возвращая взгляду привычный ландшафт. Цутому мрачно продолжал:

— Я, должно быть, задремал. Когда я проснулся, было еще совсем темно. У мальчика сильно поднялась температура, он стонал. Похоже, он все это время звал меня, но я крепко спал. «Больно», – сказал он. Все, что я мог, – это беспомощно повторять: «Потерпи до утра».

Когда рассвело, я использовал все свои знания, чтобы определить направление, а затем отчаянно шел, молясь, чтобы я оказался прав. Мальчик был вялым и не говорил ни слова. Мы вернулись в лагерь около полудня. Нас обоих доставили в больницу. Я устал и, когда мы оказались в скорой, почувствовал такую растерянность, что расплакался и никак не мог остановиться. Через два дня он умер от пневмонии.

После этих слов воцарилась полная тишина.

— Простите, что поднял тяжелую тему в такой момент. История Священника пробудила во мне воспоминания, словно это было вчера.

— Это все я, – сказал Нацуо.

— Уже поздно, – сказал Эгами, и всех опять охватила тревога.

Такахико с Такэси ушли вниз разведать обстановку, и их до сих пор не было. Прошло, наверное, уже часа полтора. Тацуко плакала, беспокоясь о Такахико. Мы как раз обсуждали, не стоит ли нам отправиться следом, когда они вернулись с мрачными лицами.

— Ну как? – спросил Сёдзо, и Такахико ответил с отчаянием в голосе:

— Мы не смогли спуститься. Похоже, дорогу завалило.

Я посмотрел на Такэси. Его лицо выражало такую муку, словно он встретился с самим дьяволом. Мельком взглянув на него, Такахико сказал:

— Не думаю, что Салли в безопасности.

— Что ты имеешь в виду? – тихо спросила Риё. – Значит ли это, что ее, возможно, нет в живых?

Видно было, что Такахико тщательно подбирает слова:

— Это зависит от того, где находилась Салли во время извержения, поэтому мы не можем точно сказать, жива она или мертва. Но если она начала спуск на рассвете и шла без остановки обычным шагом, то участок, где она оказалась бы в этом случае, сейчас погребен под завалом.

— Неужели всё так плохо? – спросил Эгами, поднося огонь к сигарете, которую держал во рту Peace. – Салли ведь к тому моменту могла уже выйти за территорию, покрытую извержением.

— Эгами, достаточно взглянуть, чтобы понять: это не просто завал, который перекрыл часть дороги. Мы тоже не сможем спуститься с этой горы.

То, чего я боялся, стало реальностью. Мы поддались на приманку и вошли в клетку. Дверца захлопнулась. Что дальше будет делать с нами эта гора?