Книга Черная Бетти, страница 113 – Уолтер Мосли

Парадная дверь была заклеена вырезками из дешевого издания иллюстрированной Библии. Голгофа и жертвы распятия, Богородица у креста, Иоанн Креститель проводит крещение, Иона стоит на коленях возле моря.

Парадную дверь открыла почти беззубая старуха.

— Что вам угодно?

— Вы миссис Бродхок?

— Я – Эльма Джексон, мистер, – она улыбнулась, – Альфред Бродхок – мой племянник и действительно живет здесь с нами.

— Дома ли он?

— Нет, сэр. Альфред в церкви. Он ходит туда каждый день после обеда, чтобы вершить богоугодные дела. – Старуха показала на дворик. – Все это сделано руками Альфреда. Он хочет, чтобы Господь освещал каждую минуту жизни всех людей. Бобо не в восторге от этого и считает, что сцена яслей уместна в Рождество, а крест с распятием – на Пасху, а все, что налеплено посередине, Альфред должен убрать. Но Альфред говорит, что мы не должны забывать и про радость, и про горе.

— Бобо – дядя Альфреда?

— Не по кровному родству. На этом свете у него только один родной человек по крови – это я. Бобо – мой муж, мы в гражданском браке. Он работает на свалке в Редондо. Бобо может все разобрать на части, потом собрать лучше, чем раньше. Думаю, он настоящий гений по части машин. Вы хотите, чтобы я что-нибудь передала Альфреду, мистер?

— Нет, золотце. Скажите просто, что заходил мистер Холл. Я слышал о сотворенных им символах христианской веры и решил взглянуть на них. Скажите ему, что они выглядят великолепно.

Мне стало стыдно при виде благодарной улыбки Эльмы. Она поцеловала мне руку.

Возможно, они установят там же небольшую статую Иуды в память о моем визите.

Теперь я был более или менее свободен. Я выполнил свою задачу. Нашел Бетти и сообщил ей, что от нее хотят. Если она решит позвонить им, я потребую с них вознаграждение. А если нет, ну что ж, так или иначе, эта часть моей жизни, беготня по улицам закончилась. Бетти находится у друзей. Оделл и Модриа в данной ситуации тоже на высоте. Я решил затаиться и переждать, пока полиция разбирается с убийствами.

Марлон лежал в земле.

Крыса. Про Крысу мне ничего не известно. Но, по крайней мере, я знаю ответ на его вопрос. Мне известно, что люди, которых он подозревает, невиновны.

Должна же, наконец, восторжествовать истина!

Истина и свобода. Два великих понятия для бедняка, сына рабов и бывших рабов.

У меня заныла рука. Я чувствовал, что в кровь попала инфекция. Ясно одно – от судьбы не уйдешь. Она тянет назад и насмехается над истиной и свободой. Это всего лишь мелкие божки по сравнению с судьбой и смертью.

Но я еще жив. Умер Марлон. Не знаю почему, но я уверен, что его кончина каким-то образом связана с Альбертом Кейном. Омерзительно все, что связано с Кейном. Он был гадким человеком, вокруг него царило зловоние. Но меня это не касается.

У бордюра тротуара напротив моего дома я увидел Сола Линкса, прислонившегося к высокому рожковому дереву и глядевшего в землю. Я припарковался, он взглянул на меня и улыбнулся. На этот раз улыбка показалась мне искренней.

— Что вы здесь делаете, старина?

— Поменяться ролями – дело вполне естественное, мистер Роулинз. По крайней мере, вы обнаружили меня не в собственном доме. – От него исходил сильный запах джина.

— Однажды мы уже поменялись ролями, старина. Теперь я отправлюсь к себе домой, а вы залезете в эту коричневую дерьмовую тачку, на которой ездите, и делу конец.