Книга Ледяные волки, страница 68 – Александр Тамоников

Петров прижался спиной к стене, в пяти метрах от цели. Дыхание, проходя сквозь намокшую от пара шерстяную маску, вырывалось густыми клубами и мгновенно замерзало на ресницах и краю капюшона колючей, хрусткой бахромой. Он не смотрел на дверь. Он смотрел на наручные часы, прикрыв циферблат ладонью от случайного блика. Стрелки, покрытые слабым светящимся составом, слились в одну короткую черту. Ровно семь пятнадцать. Время прилива агрессии.

Голос Петрова был не громче шелеста ветра о брезентовые чехлы на снаряжении.

— Медведь. Статус.

Ответ пришел не сразу. Сначала послышался едва уловимый скрежет металла о лед справа, из-за угла фундамента, где в тени вентиляционной шахты укрывался старшина Иванов.

— Минута, — прозвучал сдавленно голос.

Петров не поворачивал головы. Он слышал тихие, четкие звуки: мягкий стук дерева о металл — это снимается крышка с саперного ящика; легкий скрип — разворачивается брезентовый коврик с инструментом; короткое сопение — концентрация на мелкой работе. Процедура.

Через пятьдесят секунд Иванов доложил ровным, без эмоций голосом:

— Заряд установлен. Двести граммов тротила в шашке. Пластит на верхнюю и нижнюю петли. Бикфордов шнур, длина — семьдесят сантиметров, сечение проверено. Зажигательная трубка вставлена. Готов к поджогу.

В каждой цифре — точность. Семьдесят сантиметров — это семь секунд горения. Достаточно, чтобы отойти. Двести граммов — расчет на вышибное действие, не на разрушение стены. Чтобы дверь упала внутрь, а не наружу, создав баррикаду. Иванов пальцами в толстой рукавице выковыривал пластичную массу из шашки, разминал ее, чувствуя, как материал от тепла рук становится податливее. Обжимал массивные петли двери, вплетая в массу отрезок шнура, оставляя запас.

Петров кивнул, движение скрытое, под капюшонами. Взгляд перешел на Волкова.

— Тундра. Цель подтверждена?

Волков, не меняя положения, чуть качнул головой в сторону дальнего окна второго этажа — того самого, где час назад в бинокль заметили мелькнувшую тень и дымок сигареты.

— Подтверждаю. Движение было. Сейчас тихо. Акустика чистая. Жду команду.

План был прост до жестокости. Волков дает одну-две короткие очереди из трофейного MP-40 именно по тому окну. Звук немецкого оружия, но стрельба снаружи. Это должно вызвать у дежурной смены внутри стандартную реакцию: тревога, но не немедленный штурм их позиции у двери. Враг на секунды переключит внимание, подбежит к окнам, чтобы оценить угрозу. В этот трехсекундный промежуток времени Иванов поджигает шнур. Через семь секунд дверь перестает существовать. Петров — первым врывается в пролом. Его задача — не дать противнику опомниться и отсечь группу на пороге, превратив штурм в бойню в узкой воронке.

Внутренний голос Петрова включился беззвучно, выдавая сводку:

«Угроза номер один: собственная взрывная волна. Эпицентр у стены. Риск контузии, повреждения ушей даже в укрытии. Решение: рот открыт, язык прижат, чтобы не прикусить. Отворот лица от направления взрыва. Уши не защитить. Принять.

Угроза номер два: неизвестная планировка сразу за дверью. Слепота на первые критические секунды. Решение: осветительные патроны. Бросить сразу два, по разным траекториям — один вдоль пола, второй от стены к потолку. Ослепить и выявить цели.