Книга Марена и Кощей, страница 50 – AlanaDargo

Марена чуть вскинула брови, но молчала. К чему ему знать, что она слышит кота?

Ярослав хотел было погладить Баюна, но тот зашипел и спину коромыслом выгнул.

— А ну не лапать!

Марена отодвинула Баюна, чтобы он не поцарапал княжича.

— А вы куда собираетесь?

— На охоту.

Никто не смотрел на неё так бесхитростно. Марене даже неловко стало.

«Такой искренний, такой тёплый мальчик. Что же мне его обманывать?»

Если бы просто немного одурачить, развести на бусики, но не так… Чтобы он время и имя своё позабыл, пока Кощей какие-то свои каверзы учиняет.

И тут она поняла! Ей надо в лес — к травам, к болоту, к природе! Травы, ей нужны особенные травы.

— Ваше сияние, возьмите меня на охоту, — слова прозвучали дерзко, как приказ, и Марена не могла ничего с этим поделать, хоть и пыталась сложить в голове учтивые фразы — язык превращал их в щелчки по лбу.

Ярослав чуть дёрнул бровью и стёр рукой улыбку с лица. Вокруг послышался гогот, скабрезные замечания и реплики — оказывается, мужичьё вокруг уже уши пригрело.

— Бери, бери её, Ярослав! Нам одеял мало, грелка в поле нужна!

— Давно с мордой квашеной не ходил, Девидов?

Марена аж вздрогнула от силы в голосе Ярослава, который тут же повернулся к ней и засиял, как солнце.

— Зачем тебе, краса моя? Это не для женских глаз.

— Мне нужны травы для Василисы, а одну меня не отпустят.

— Ты скажи, какие, я тебе всё привезу.

Марена отрицательно замотала головой.

— Это сложно. Можешь напутать… — Она замерла на полуслове, замечая, что Кощей тоже собирается в дорогу. — Неужели бессмертный с вами едет?

— Угу, — недовольно буркнул Ярослав. — Хрен его понёс.

— Так возьмёте меня?

Ярослав выдохнул, явно взвешивая все проблемы, что сулит эта поездка.

Женщина на охоте! Немыслимо!

— Такое только Агафье Стрельничихе позволялось, — сказал Ярослав. — Лучше любого мужика дичь стреляла.

— А я не для дичи. Для лекарских нужд еду, на базаре таких трав не найдёшь… Умрёт она, Ярослав. Недолго осталось.

Ярослав потёр шею и кивнул.

— Только смотри, далеко не отходи, я тебе сокольничего приставлю.

— Благодарю, ваше сияние, — мило поблагодарила Марена, кротко улыбнувшись, а сама подумала:

«На кой чёрт мне сокольничий?»

На охоту собирались, как на войну.

Марена успела сложить в сундучок пару тёплых сменных нарядов — тех, что выпросила у ключницы. А после поспешила к Василисе, посчитав, что разговоры иной раз лучше лекарств, если горе человека заживо съедает.

— А ты всё шляешься тут, — сказала Василиса и закашляла. — Лечить она меня собралась… — снова сбилась на кашель, а потом охрипшим голосом добавила: — Не думаю, что травы мне помогут.

— Смотря какие и для чего, — отозвалась Марена. — Какие-то нужны, чтобы я лучше видела. Не печальтесь, Василиса Гордеева, поставлю вас на ноги.

— А не поставишь — я и не узнаю.

— Верно, — Марена нашла в себе наглость улыбнуться. — И поругать меня тогда уж не сможете.

Василиса вдруг тихо усмехнулась в ответ.

— Так батюшка мой тебе, наверное, голову отрубит. Стало быть, свидимся.

— Наверное, свидимся, — Марена пожала плечами. — А вы и лечиться не хотите. А я вот жить хочу.

Царевна сипло вздохнула; грудь её вздымалась все чаще и чаще от этой беседы, как у уставшей птички, так тяжело ей было разговаривать.