Книга Развод с альфой. Я спасу волчат, которых ты предал, страница 70 – Лилия Романова

Каждое слово он произносил отчётливо, чтобы оно входило в людей, как гвоздь в доску. Бывшая. Самовольно. Нарушила. Неразрешённые. Неподтверждённые. Нестабильный.

Я слушала и думала: если бы меня судили вчера, я, возможно, попыталась бы оправдываться. Объяснять, что не хотела вреда, что пришла только спросить, что не собиралась никого бунтовать. Сегодня оправдания казались слишком мелкими для происходящего.

— Признаёте ли вы, — спросил Валтер, — что после расторжения брака действовали из личной обиды на альфу и его будущую жену?

— Нет.

— Признаёте ли, что использовали доверие серых детей, чтобы собрать свидетельства против Совета?

— Нет.

— Признаёте ли, что платок на руке Нэйта принадлежит вам?

— Да.

По толпе прошёл шёпот. Эвена чуть наклонила голову, будто моя честность только подтверждала её правоту.

— Значит, связь между вами и мальчиком была установлена до его возвращения на заставу?

— Связь между нами установилась в тот день, когда он вцепился в мой рукав в главном зале и попросил не отдавать его обратно.

Нэйт резко опустил глаза.

Я продолжила:

— Платок я дала ему в овраге, когда Керен и Варр уже задержали людей рода Роут. Метку с него срезали до нашего появления. Это могут подтвердить те, кто шёл со мной.

— Ваши сторонники, — сказал Валтер.

— Люди альфы и наставник заставы.

— Наставник, чья работа уже поставлена вами под сомнение.

Варр шагнул вперёд.

— Мою работу поставили под сомнение не слова Ливии, а то, что я сам допустил.

Двор притих. Варр говорил неохотно, словно каждое слово приходилось вытаскивать из себя клещами. Но он говорил.

— Я подтверждаю: у барака были следы двух взрослых. Нэйта вывели не через ворота. У оврага задержаны двое людей с отметками рода Роут. Я слышал, как один из них сказал, что мальчика нужно доставить к сухому рву и оставить до сумерек.

— Вы готовы принести клятву на границе? — спросил Астор.

Варр повернулся к нему.

— Готов.

Эвена вмешалась сразу:

— Один наставник, годами работавший среди серых, может быть слишком привязан к своему месту и своим ошибкам. Ему выгодно переложить вину на мой род.

— А мне выгодно что? — спросил Керен.

Он вышел рядом с Варром. На нём всё ещё была пыль оврага, на рукаве — след красной глины.

— Я служу личной страже альфы. Не Ливии Сорн. Не Варру. Не серым детям. Я слышал слова Дорса из охраны Роут. Он говорил, что приказ — доставить Нэйта живым, выставить его диким и связать это с Ливией. Я готов принести клятву на имени Вейров.

Астор кивнул.

— Принято.

Валтер постучал тростью по земле.

— Даже если отдельные лица рода Роут действовали неверно, это не снимает главного вопроса. Ливия Сорн нарушила установленные границы службы и вызвала брожение среди серых. Дети, которые ещё вчера выполняли приказы, сегодня спорят с наставниками и вмешиваются в решения взрослых.

— Они спорят, потому что впервые им позволили говорить, — сказала я.

— И вот результат. Побег. Насилие. Похищение. Угроза границе.

— Результат был раньше. Только вы называли его службой.

Эвена сделала шаг вперёд. Она решила больше не ждать, пока Валтер выстроит всё за неё.

— Ливия, вы снова красиво говорите. Но за красивыми словами прячется простая вещь: вы были унижены разводом. Вас лишили имени Вейр, положения, будущего рядом с альфой. Вы нашли детей, которым нужна защита, и сделали их своим щитом. Теперь любой, кто спорит с вами, выглядит жестоким. Любое сомнение — предательством. Любой закон — преступлением. Разве это не удобно?