Книга Второе замужество миссис Каммингс, страница 49 – Полина Сутягина

Вернувшись, я сразу поднялась к себе и прижалась к еще не остывшему камину. Вдруг в дверь постучали. В этот раз я вздрогнула. Это уже слишком. Нельзя давать такую волю нервам. Несколько раз глубоко вздохнув, я подошла к двери. За ней стоял Ричард.

Мне захотелось броситься к нему и обнять. Но я удержалась, ведь он ничего не знал, а мое поведение могло бы показаться ему странным. Поэтому я просто радостно улыбнулась и сообщила ему, что мне приятно видеть его, полюбопытствовала затем о цели его визита.

— Люсия, я… – он почему-то был немного смущен, и вначале снова справился о моем здоровье.

— Все великолепно. Я только что вернулась с прогулки.

— Да, я вижу. Щеки у тебя прямо горят. Видно, снова приморозило. Я, собственно, вот по какому делу зашел к тебе.

Я поспешила предложить ему сесть у камина.

— Может, тебе покажется странным… Дело в том, что я тут неожиданно вспоминал наше семейное древо и обнаружил, что не очень хорошо все помню. А ты всегда так замечательно ориентировалась во всех наших кузенах и кузинах.

— Ты раскаиваешься, что не позвал всех де ла Круа на свадьбу, и тебе хотелось бы исправить положение? – улыбнулась я.

Он рассмеялся:

— Нет, что ты! Ты же знаешь, что для этого пришлось бы рассылать приглашения по всему миру. Я пытался вспомнить несколько иное. В честь кого из семьи нас назвали?

— О, брат! Каждый второй мужчина в нашей семье был Ричардом! О чем ты?

— А твое имя? Я не припомню кузин Люсий…

— Да. Последняя, кто до меня носил это имя, была сестра нашего прадедушки, кстати, дочь Ричарда! – я снова улыбнулась.

— Что-то помнишь про нее?

— Не могу сказать, что много. Эта ветвь прервалась. Она, кажется, умерла от чахотки, довольно молодая… Даже замуж выйти не успела. Имя хотели сохранить в семье, но долго не решались снова использовать. Надеюсь, судьба, в отличие от заболевания, не заразна.

Ричард почему-то мою шутку не оценил. Вид у него был хмурый.

— Что-то не так, брат?

— Нет. Просто я, кажется, не знал этой истории. Возможно, нашим родителям не стоило называть тебя именем нашей несчастливой родственницы.

— Не знаю, была ли она счастливой или нет при жизни, – я пожала плечами, – об этом мне не рассказывали. Но в любом случае, не думаю, что стоит придавать излишнее значение имени. В конце концов, мое имя красивое. Оно приносит свет в жизнь.

Ричард вдруг поднял на меня глаза и посмотрел как-то странно, словно я произнесла что-то, что не должна была знать.

К обеду я уже немного привыкла к моему сопровождению. Клер сделала попытку слегка пересесть, как я поняла, чтобы не располагаться напротив своего невидимого собеседника даже через всю длину стола, однако, судя по недовольству, притаившемуся в уголках ее губ, ей это не особо помогло. Ричард все еще полагал, что она просто утомлена домашними заботами. Но мы обе знали, что причина в ином. Неожиданно Клер поинтересовалась моим здоровьем.

— Благодарю, я чувствую себя отлично. Прогулки по вашему парку способствуют этому.

Клер на мгновение задержала на мне взгляд. Ее темные глаза, обрамленные густой бахромой черных ресниц, откровенно и пронзительно смотрели прямо в мои. Черты лица Клер были очень привлекательными, правильными, утонченными и в то же время в них присутствовала нотка южной экзотичности. Удивительно, что нигде в замке я не встречала ее портрета. Но в тот момент я видела лишь эти глаза, слишком темные для человека наших мест. И в этом взгляде было что-то знакомое. Скорее, в его выражении – получеловеческом, полуживотном. И тогда я вдруг вспомнила, что сегодня уже видела такой взгляд… Все тело мое наполнилось холодом, на мгновение я перестала дышать. Но я выдержала его, усилием воли заставив расслабить немного мышцы лица, чтобы скрыть напряжение. Но она, возможно, заметила… Господи, на ком же женился мой брат?