Книга Эти чудовищные боги, страница 125 – Розамунд Ходж

— Вария уже что-то подозревает. Королева пообещала убить меня, если я не справлюсь с ролью принцессы. Тебе будет очень легко подставить меня.

— Почему? – спрашивает Джарин, после того как долго изучает выражение моего лица.

— Потому что даже королевская семья не… – Я внезапно замолкаю. – О чем именно ты спрашиваешь?

— Почему ты хочешь похоронить Рувена? – спрашивает Джарин. – Даже если ты дала ему обещание. Разве ты не считаешь наши обряды кощунственными?

От простоты и честности ее вопроса у меня в мгновение ока перехватывает дыхание.

— Считаю, – после паузы отвечаю я.

«Ты хочешь думать, что считаешь», – раздаются в моей голове слова, которые мог бы произнести призрачный голос Рувена, но я игнорирую их.

— Вы хулите богов своей верой и обрядами, – говорю я. – Но я поступала так же и даже хуже. Но я хочу… я думаю, что для любого человека важно выполнить обещание. И для меня, и даже для каждого из вас.

Бесконечное, мучительное мгновение Джарин молча смотрит на меня.

— Тогда я помогу тебе, – наконец говорит она, улыбаясь уголком рта. – Но тебе придется самой украсть его тело.

Украсть тело Рувена оказалось проще простого.

Прежде чем мы отправились в королевское путешествие, я позаботилась о том, чтобы узнать, где королева Имвада приказала повесить его труп, потому что хотела быть уверенной, что никогда его не увижу.

Отправившись на поиски этого места, я боюсь, что, возможно, забыла его расположение, но ноги сами легко находят маршрут.

Я застываю перед калиткой, ведущей во внутренний двор, и какое-то время не могу пошевелиться. Мое сердце колотится с бешеной скоростью, а желудок сводит, но затем я думаю, что, наконец, должна решиться и встретиться с Рувеном лицом к лицу. Я толкаю дверь.

Попадаю в небольшой дворик, окруженный белыми каменными стенами. В самом его центре, на ярко-зеленой траве, стоит фонтан. Он окружен пышными розовыми кустами, на которых уже распустились красные розы. Их аромат насыщенный и сладкий, а над ними висит тело…

Рувена.

Какое-то время я не могу делать ничего, только бороться с рыданиями и тошнотой. К моему облегчению, я не обнаруживаю на его теле никаких признаков гниения. Его руки и лицо не опухли и не изменили свой цвет. В целости его тело продолжают сохранять остатки заклинания, но окровавленной рваной раны на шее, которая видна мне даже за петлей, достаточно, чтобы у меня закружилась голова.

Я вспоминаю, как сидела на коленях у Рувена, касалась его лица, а потом перерезала ему горло. Даже когда я училась у него колдовству или целовала, я думала, что, если потребуется, смогу убить его снова, но сейчас… мне чудом удается сдержать свой крик.

Во внутреннем дворе нет стражи, поскольку никакие враги не могут проникнуть сюда. Поэтому поздно вечером я свободно прохожу по коридорам, пронося один стул, а затем второй.

Я ставлю стулья один на другой, взбираюсь на них, а затем с колотящимся от каждого скрипа и раскачивания сердцем перерезаю ножом веревку, стараясь не обращать внимания на запах крови, который так же свеж, как и в тот день, когда я убила Рувена.

Тело падает на пол, я спрыгиваю вслед за ним, а за мной с грохотом падают составленные стулья.

Я перевожу дыхание, затем смотрю на труп, лежащий передо мной. Когда я обещала похоронить его, я знала, что его тело не разложилось, но все же почему-то представляла себе скелет или что-то странное и нечеловеческое, но сейчас я вижу перед собой Рувена. Его черные волнистые волосы, которые я когда-то расчесывала пальцами, мягкие губы, которые целовала, и подбородок, линии которого обводила своими губами, блестят в лунном свете.