Книга Десятый стежок, страница 86 – Джейн Джонсон

Кэт погладила ее по руке:

— Обещаю, если с тобой что-то случится, я все расскажу твоему мужу. Только ты не бойся, все будет хорошо. – Конечно, это была ложь. Если в их корабль попадет пушечное ядро и пробьет дыру в трюме, как они смогут выжить, когда внутрь хлынет океанская вода?! Прикованные к железным прутам, они просто захлебнутся, все как один.

Тут по всему правому борту корабля раздался громкий скрежет, за ним последовали мушкетные выстрелы и приглушенные крики. Некоторое время сверху раздавался грохот боя; потом корабль накренился и рывком ушел вбок, и под днищем снова заплескалась вода. Кажется, они снова куда-то плыли.

Наверху раздалось еще несколько приглушенных орудийных выстрелов, и корабль закачался от мощной отдачи своих пушек, ведущих огонь по противнику. Потом все наконец успокоилось, теперь было слышно лишь поскрипывание шпангоутов да рокот моря снаружи.

— Они пытаются уйти, – сказал чей-то мрачный голос. – Пушками не отбились и теперь удирают.

— И что это означает для нас? – спросила Джейн Триджинна. – Если догонят, они нас потопят?

— Наверное, попробуют взять на абордаж. Корабль у пиратов довольно старый, но в хорошем состоянии, – вполне приличный приз для любого капитана. А кроме того, за голову каждого пирата тоже заплатят. Им положена награда за всех взятых в плен, к тому же они могут использовать этих ублюдков для обмена на своих, захваченных ранее. Говорят, что в берберийских тюрьмах гниет немало испанцев, да и на галерах их полно, сидят на веслах, а надсмотрщики обдирают им шкуру кнутами…

— Испанцы не очень-то любят англичан, – пробормотал Уолтер Труран.

— Тебя уж точно любить не станут, – горько усмехнулся кто-то еще. Он говорил с ирландским акцентом. – Но я им не скажу, что ты не католик, только смотри сам не проболтайся.

Их корабль шел все дальше, вскоре опустилась ночь, но никто не спустился к невольникам в обычное время и не принес им еды.

— Что-то там не так, – высказал мудрую мысль Том Сэмюэлс.

Не успел он это произнести, как распахнулся люк и в нем появился Ашаб Ибрахим и с ним еще двое. У одного голова была замотана окровавленным платком, а у другого завязана рука. Пленники переглянулись, но не промолвили ни слова. Еды пираты не принесли.

— Неужели у вас даже глотка свежей воды для нас не найдется? – сварливо осведомилась Джейн Триджинна.

— Мы тут не для вашего удовольствия, – отрезал Ибрахим. – Надо приказ раиса выполнять.

Поднялся шум, и многие пленники начали кричать и ругаться.

— Заткните свои пасти, или я их сам вам заткну! – заорал Ибрахим. Он протопал по трюму, пока не добрался до того ряда, в котором сидела Кэт, выбрал ключ из связки, что висела у него на поясе на цепочке, и отомкнул замок на железном пруте. Мужчина, сидевший с краю, начал было вставать, но предатель грубо толкнул его назад ногой. – Да не ты, собака! Мне девка нужна!

Пальцы Кэт инстинктивно сжались на пруте. Она опасалась самого худшего, а Ибрахим, заметив выражение ее лица, лишь рассмеялся:

— Глупая курица! Это вовсе не то, что ты думаешь! Раис хочет тебя видеть.

Это испугало девушку еще больше.

— Но зачем? – тихо спросила она. Раис наводил на нее ужас, и не только своей равнодушной жестокостью по отношению к проповеднику, но всем своим поведением: было что-то страшное в его манерах, даже в блеске его глаз. Вероотступник ударил Кэт по коленям концом веревки.