Книга Десятый стежок, страница 87 – Джейн Джонсон

— Вылезай и делай, что тебе сказано, – буркнул он. – Этот джинн не сообщает мне о своих пожеланиях.

— Джинн? Что это такое?

— Так некоторые его зовут. Джиннов создал Аллах из стихии огня, того огня, который не выдает себя дымом. Да, это отличное имя для нашего раиса, потому что джинны – это злые духи, могучие и недоброжелательные к человеку. Только никогда не называй его так в глаза, он тебе за это спасибо не скажет.

Кэт неуверенно поднялась на ноги, охваченная страхом, словно ее вели к самому дьяволу.

Палуба была залита лунным светом, освещавшим расщепленное дерево планшира правого борта, рухнувшую мачту с перепутанным такелажем и темные проплешины там, где был пожар. Часть команды занималась тем, что высвобождала парус из-под упавшей мачты, обрезая концы, но стараясь при этом сохранить как можно больше целых шкотов.

Они прошли по палубе, взобрались по трапу на кормовую надстройку, и повсюду их провожали взгляды черных глаз.

Оказавшись на капитанском мостике, Кэт огляделась вокруг, обозрев весь океан, но испанского корабля не обнаружила. Видимо, пиратам все же удалось от него уйти, что, несомненно, было для них какой-никакой, но победой, однако все были какие-то мрачные, подавленные. Некоторые были ранены, несколько человек лежали у бортов, стеная от боли.

Остальные сидели сгорбившись и молились, перебирая четки.

Затем Кэт по искусно изукрашенному резьбой трапу провели в длинный коридор. Горящие лампы бросали желтоватый свет на отделанные деревянными панелями переборки, на которых были вырезаны дубовые листья и желуди, словно в память о тех огромных деревьях, что отдали свои стволы для строительства этого корабля. Несмотря на страх, Кэт не могла не восхититься искусной резьбой. Панели напомнили ей гобелены фламандской работы, которые она видела в большом зале замка в Маунте; и теперь ей было странно видеть те же мотивы на языческом пиратском корабле.

В конце коридора Ибрахим остановился перед низкой дверью и постучал. После недолгого ожидания дверь приоткрылась, и он обменялся несколькими словами на арабском с человеком, возникшим по ту сторону комингса. Потом дверь распахнулась пошире, Ашаб Ибрахим втолкнул Кэт в помещение и захлопнул за ней створку.

Казалось, что, сделав один-единственный шаг, девушка попала в совершенно другой, сказочный мир. Повсюду, куда ни падал взгляд, он встречал нечто необыкновенное. С потолка свисали чеканные бронзовые лампы, бросая сквозь отверстия пляшущие лучики света на яркие ковры, все в алых, синих и золотых узорах, на вычурные резные круглые столики с позолоченными столешницами, на высокий серебряный кувшин, на целую коллекцию изумительно украшенных стеклянных сосудов, шкатулки из слоновой кости, серебряные курильницы для благовоний, шелковые занавеси и огромный курительный прибор с водой, который Кэт уже видела на палубе. На крюке раскачивалась небольшая клетка с какими-то птицами, правда, сейчас они не пели.

— Иди сюда, – раздался голос из затемненного угла, и у Кэт затрепетало сердце.

Она медленно направилась в ту сторону и вдруг, споткнувшись, стала падать вперед, куда-то во тьму. Кэт вскрикнула и вытянула руки, ожидая удара о дерево палубы. Но падение смягчила груда мягких подушек, все в ярких наволочках из шерсти и шелка. Несмотря на это, от падения перехватило дыхание. Придя в себя, девушка осторожно приподнялась.