Книга Материя. Том 1, страница 25 – Константин Соловьев

Миг перерождения был необычайно короток, меньше секунды, но Лэйд успел ощутить удовлетворение. Словно сбросил с себя мешковатый потертый костюм, давящий на шею и члены. Костюм, который назывался «Лэйд Лайвстоун по прозвищу Чабб». Окружающий мир отреагировал на эту перемену коротким шипением, которое – Лэйд был уверен в этом – не слышал никто, кроме него. Но этот звук был порожден не тронутой тленом громадой Мэнфорд-хауса, а чем-то куда бо́льшим…

— Господи, Чабб…

— Тихо, Эйф. Вы уже ничем ему не поможете. Не поддавайтесь панике.

Саливан побледнел, но, к удовлетворению Лэйда, сохранил присутствие духа. Настоящий ирландский волкодав.

— Это же… это…

— Знакомое лицо?

— Баффет, садовник. Он ухаживал за садом миссис Гаррисон. Он… Его…

— Судя по всему, загрызли, – спокойно заметил Лэйд, – эти раны оставлены не ножом. Похоже на следы зубов.

«Это и были зубы, – подумал он, разглядывая раздувшийся от сдерживаемых гнилостных газов живот. – Многочисленные, крупные, но, кажется, не очень острые зубы. Видны размочаленные волокна мышц и сколы на кости. Таких следов не бывает, когда в плоть впиваются крысы или акулы. Что-то другое. Что-то, что долго терзало несчастного мистера Баффета, точно намеревалось не загрызть, а пережевать заживо. Голова скальпирована самым неопрятным образом, половина лица содрана, обнажая желтоватую, как слоновья кость, пластину черепа».

Поплотнее прикрыв лицо рукавом, Лэйд склонился над мертвецом, стараясь воспринимать его сухо и отстраненно. «Представь, что это товар, который привезли тебе в лавку, – подумал он. – Ящик с мылом или пресные бисквиты. Подпорченный товар, который надо внимательно изучить, чтобы составить рекламацию».

Первоначальное предположение оказалось верным. Укусов было множество, но нанесены они были совершенно хаотично, зачастую пролегая вдали от крупных сосудов и жизненно важных органов. Ведомые кровожадным инстинктом хищники обычно действуют куда аккуратнее.

А еще хищники редко проникают в жилые дома в самом центре Миддлдэка.

Лэйд задумчиво провел пальцем по полу возле мертвеца, чтобы потом изучить его при свете фонарика. Если речь идет о нападении хищника, по-чти наверняка неподалеку от тела обнаружится его шерсть. Но шерсти не было. Единственное, что обнаружил Лэйд на грязном полу, – небольшое количество жирной белесой пыли, показавшейся ему смутно знакомой. Эта же пыль в некоторых местах покрывала и тело садовника.

Пока Лэйд размышлял, механически собирая пальцем пыль, Саливан сделал несколько быстрых решительных шагов в сторону гостиной. Едва ли еще рассчитывал застать врасплох грабителей, скорее пытался понять, что происходит в этом проклятом доме, охваченном разложением.

— Лэйд, – произнес он вдруг громко, уже не таясь, – идите-ка лучше сюда.

— Сейчас. Я хочу понять, чем покрыт этот бедняга. Такая, знаете, странная пыль, что-то вроде застывшего жира или стеарина…

— Идите сюда, Лэйд.

Судя по звенящему от напряжения голосу Саливана, тот обнаружил что-то куда более важное, чем прелестную репродукцию Чарльза Барбера на стене или милую гостиничную кушетку. Что-то, что уже имело отношение к нему, Лэйду Лайвстоуну, хоть и заранее вызывало у него отвращение.

— Вы нашли миссис Гаррисон? – спросил он, нарочно медля, прежде чем подняться на ноги.