Онлайн книга «Материя. Том 2»
|
— Лэйд Лайвстоун, ты… ты… Фонари на Хейвуд-стрит загорались и гасли, рождая несимметричные фигуры. Они сменяли друг друга слишком быстро, чтоб он смог прочесть образованные ими символы – даже если бы знал как. Но он впился в них взглядом, точно волхв, пристально изучающий свечение новых, никогда прежде не виданных звезд, возвещающих что-то великое. — Дальше! Что дальше?! — …ты самый большой дурак в Хукахука. Он даже не успел выругаться. * * * Их разделяло восемь футов и шесть дюймов – не очень большое расстояние для голодного ваируа, но Лэйд знал, что успеет выстрелить по меньшей мере трижды. Три серебряных пули калибра сорок пять сотых дюйма в упор способны остановить даже разъяренного тридцатифутового татцельвурма, не то что порядком изъеденного разложением мертвеца… Но Торп не бросился вперед. Хрустнуло какое-то напрягшееся сухожилие, похожее на полусгнившую бечевку, сухо треснула под серой ветошью кость… Первая пуля – в живот. Он знал это еще до того, как палец лег на спусковой крючок. Вторая и третья – в грудь. А потом… Он сам не знал, что будет потом. Если после этого Торп будет еще жив, возможно, он не станет добивать его. Откроет дверь и прикажет Диогену проводить мистера Торпа к выходу. Опасно оставлять хищника на свободе, но… Его не было двенадцать лет и, Бог даст, это последний его визит… Торп шевельнулся, чертовски резко для мертвеца, но это не был шаг, которого ждал Лэйд, это было какое-то другое движение. Короткое, резкое, от которого сухо хрустнули его разрушающиеся суставы. Он будто бы резко крутанулся, шевельнул плечом, вскидывая руку, и… Что-то ударило его в лицо. Размашисто и сильно, так, что свет газового рожка вдруг померк, а в темени вспыхнула искра, от которой вниз по лицу заструилась черными ручьями боль. Лэйд рефлекторно взмахнул руками, мгновенно потеряв положение собственного тела в пространстве, ощущая только чудовищную резь в глазах и скрежещущий на зубах песок. Ослепленный, оглушенный, он вскочил, с грохотом уронив кресло, револьвер в его руке слепо заплясал, грозя во все стороны сразу… Это был удар. Недостаточно сильный, чтобы вырубить его, но отчаянно ловкий и… Лэйд зарычал, попытавшись открыть глаза, но понял, что не может этого сделать. Его глаза были запорошены какой-то дрянью, мелким песком, режущим, точно стеклянная крошка. Этот же песок хрустел на зубах. Словно он набил полный рот тростникового сахара, только сахар этот рождал во рту не сладость, а подкрашенную привкусом жженого железа горечь… Не удар. Он что-то швырнул мне в лицо. Табакерку, полную песка, или что-то в этом роде. Старый добрый Бенджамин Торп и его ловкие фокусы, безошибочно сбивавшие с толку чудовищ, – они оказались действенны и против самонадеянных бакалейщиков… Сейчас он, верно, стремительно подбирается ко мне, щелкая зубами… Судорожно пытаясь очистить глаза, Лэйд попятился назад, выставив перед собой револьвер, тоже сделавшийся беспомощным, как ослепший пес. Черт, ему не нужны глаза, чтобы стрелять в упор. Едва только он услышит треск костей… — Ох, Лэйд… Он выстрелил – на звук, мгновенно. Запястье привычно стиснуло отдачей, он услышал грохот, тяжелый удар пули о стену и… Это был удар в челюсть. Короткий, но чудовищно сильный, едва не расколовший его голову пополам, точно старый орех. Лэйд отшатнулся, задыхаясь, ощущая себя так, точно в череп ему вбили одновременно полдюжины звенящих гвоздей. Мастерский удар – и чертовски ловкий… |