Онлайн книга «Материя. Том 2»
|
Рассыпался по мостовой мягким пеплом. Торп вздохнул и отряхнул ботинки, а после сказал… — Смотрю, ты почти ничего не изменил здесь. Лавка выглядит точь-в-точь так, как в тот день, когда я ее оставил. Лэйд едва было не вздрогнул от неожиданности. Черт, он и не заметил, что, усадив гостя, развалился напротив него, а взгляд, потеряв концентрацию, чертит бессмысленные узоры по стертой крышке стола, как потерявшее управление судно. Некоторые воспоминания вторгаются без приглашения, шумной оравой, точно бесцеремонные старые приятели, устраивая сущий кавардак и нарушая привычное течение мысли. Требуется время, чтобы изгнать их восвояси, но даже после этого, наводя в голове порядок, ощущаешь легкий бриз возмущенного ими воздуха в больших пустых комнатах… * * * — Бог мой, ты даже мебель оставил прежнюю! — Я собирался ее продать, – проворчал Лэйд, – даже дал в «Серебряный рупор» объявление о том, что продаю недорого прелестный мебельный гарнитур неустановленной поры, по всей видимости принадлежавший еще Эдмунду Великолепному[11]. Сервант, четыре стула и комод, а также некоторую штуку, которая, надо думать, была гробом почтенного британского воина или двухвесельным ялом, но которую договаривающиеся стороны согласны считать письменным столом… — Без успеха? Лэйд сокрушенно покачал головой. — Как видишь. На этом острове все еще слишком много благоразумных людей, никто на нее не позарился. Возможно, если мне удастся найти семью зажиточных термитов… Торп мягко провел рукой по подлокотнику. Когда-то сильная, его рука сморщилась и пожелтела, так что сама мало чем отличалась от дерева. — Спасибо, что сохранил здесь все. Такое ощущение, словно я вышел отсюда вчера. Лэйд почувствовал подспудную тяжесть в районе правого подреберья. Обычно подобное чувство донимало его, если случалось перебрать хереса в «Глупой Утке», но сейчас оно свидетельствовало о чем-то другом. — По правде сказать, тебя давненько не было, Бенджи. Ну а мебель… — К слову, чем это здесь воняет? Как будто несвежим и… Великий Боже, Лэйд, ты что, устроил в подвале цех по разделке китов?.. Лэйд втянул носом воздух. — Не преувеличивай, всего лишь немного попахивает. На прошлой неделе я взял у Атчиссона восемь фунтов масла и, кажется, поспешил. — У Атчиссона? – Торп нахмурился. – Да ведь он же разбойник! Если он в этот момент не мчится по волнам под черным флагом в компании со стариной Тичем Черная Борода, то только потому, что морской воздух не благоволит его радикулиту… — Не бери близко к сердцу, Бенджи. Запашок скверный, но он уйдет. Я прикажу завтра Дигги вытащить чертово масло на свалку и проветрить лавку. Диоген, жестяной болван, старался не маячить перед глазами, но, услыхав свое имя, не упустил возможности вмешаться в разговор. — Я так счастлива, папа, я благодарю провиденье за это великое счастье, за то, что оно послало мне Чарльза, а Чарльзу меня! – продекламировал он горестно, прижав грубую лапу к тому месту своего бочкообразного торса, где следовало располагаться сердцу. – Но если бы я не могла по-прежнему жить рядом с вами и для вас, если бы мне после свадьбы пришлось жить врозь с вами, хотя бы вот через эту улицу, я чувствовала бы себя несчастной, без конца упрекала бы себя, мне было бы так тяжко, что и сказать не могу. Даже вот и сейчас… |