Книга Князь плесковский, страница 52 – Александр Мазин

В общем, тонны пусть и крошечной, но вкусной рыбки, для консервации которой не нужно ничего, кроме солнца и ветра. Рыбки, которая отлично хранится и транспортируется. С которой вообще все можно делать, даже скот прикармливать. Разве что пива не сварить, хотя и это не факт. Никто же не пробовал. Кстати, к пиву снеток подходит изумительно. Хотя в этом случае подсолить все-таки стоит.

Но длился рассказ не так уж долго. Подбран вдруг подскочил и завопил, тыча в сторону берега:

— Это не наши лодки, не наши!

— Не кричи, — попросил я, посмотрев в указанном направлении. — Что значит — не наши? Тут все наше, и озеро и лодки.

— Да нет же! Что я не вижу, что ли?

— Ты сомневаешься в словах конунга? — поинтересовался Стег, становясь рядом.

Подбран осекся. Даже побледнел малость.

Я переложил руль, рявкнул команду, и Любимчик, прибавив, устремился к берегу.

— Как видишь, боярин, я не обманываю, — сказал я Подбрану. — Это наши лодки. Но они могут стать твоими, если дашь подходящую цену.

Плескович поглядел на понурых рыбаков, потому на две лодки за кормой Любимчика.

— Вроде хорошие лодки, — проговорил он. — Дам как за новые. — А с этими что?

— Да камень к ногам и за борт, — равнодушно бросил я. — Толку от них. Или тоже купишь хочешь?

— Так сбегут, — рассудительно ответил боярин. — Они здешние.

Чудины — какие именно, я не уточнял, совсем пригорюнились.

— Тоже верно, — согласился я.

— Свартхевди их отдай, — предложил Вихорек. — С Селунда не сбегут.

Тоже вариант. Мужички, вроде, крепкие. Да и топить жалко. Они же не сами по себе браконьерили. Их на это племенной вождик сподобил. Один из основателей базы конкурентов на нашем кровном берегу.

Рисковать здоровьем и телесной целостностью рыбаки не стали. Выдали полный расклад: от точного местонахождения крепости (за вторым мысом под прикрытием острова), до численности противника и количества его плавсредств. Восемь лодок и одно судно. «Большое, но поменьше этого. Две руки весел».

Ловить это «большое, но поменьше» тоже Любимчику. Остальные не такие ходкие, потому что с грузом.

Надо только лодки передать и план согласовать с остальными.

«Большое, но поменьше» мой впередсмотрящий увидел первым. Не удивительно.

Другие наши драккары двигались почти вплотную к берегу, чтобы соблюсти элемент внезапности, а Любимчик Ветра шел от берега почти в километре. Вернее, в двух кабельтовых, как говорили мои друзья-яхтсмены из прошлой жизни.

Не будь судна и рыбачьих лодок неподалеку от берега, место дислокации противника я бы не заметил. Пристани они не поставили, а пресловутую крепость спрятали подальше от берега. Хорошее место подобрали. Высокий берег, лесистый мыс, выдающийся за общую линию метров на пятьдесят. Напротив — островок, тоже густо заросший. За мысом протока. Судя по цвету воды — речушка какая-то. Там «большое, но поменьше» и пряталось. Раньше. Теперь уже не пряталось, а на веслах отходило от берега. Часть команды гребла, часть суетилась, поднимая парус.

Снекка. Десятивесельная. Осадка небольшая. Надо полагать, ходкая посудина. Это хорошо. Как я сказал Подбрану: все суда в моем озере тоже мои, если их появление со мной не согласовано. Это — без согласования. И, кажется, надеется удрать от драккара. Смешно. Я бы на их месте бросил кораблик и дунул в лес. Гонять за ними по чащам я бы не стал. Потому хорошо, что они удирают. Но плохо, что о нас уже знают. Или это только о Любимчике?