Книга Пробуждение асуры. Книга 1, страница 65 – Эйдзи Нацубара

Рога с головы Цукасы отпали и вонзились в землю, после чего рассыпались, подобно песку, который унес ветер. Рури не поднималась и лишь смотрела перед собой помертвевшими глазами. Мир тускнел: она истратила все силы до последней капли. Перед угасающим сознанием промелькнуло видение: прекрасное лицо Цукасы… а затем все поглотила тьма.

Рури зависла в толще воды, но почему-то не захлебывалась, зато ее до костей пронизывал холод. Она обессиленно погружалась глубже и глубже. Вдруг во тьме кто-то позвал ее нежным, согревающим сердце голосом.

Проваливаясь в бездонный мрак, Рури все же вытянула руки, будто в попытке что-то нащупать. Вдруг истребительница зла поняла, что она еще совсем кроха и ее сердце обливается слезами. Вокруг, насколько хватало глаз, простиралась только чернота и пустота, ни души кругом. Детскую грудь стиснуло необъятное одиночество и страх. Ей стало нестерпимо грустно.

Всхлипывая, девочка забултыхалась в воде. Слезы сразу в ней растворялись, а вместо голоса вырывались только пузыри. Где-то далеко наверху колыхалась поверхность, но чем дольше девочка гребла, тем глубже погружалась, будто вода насмехалась над ее стараниями.

Она совсем одна… Осознание, что никто не придет на помощь, отняло у Рури последние силы. Девочка только плакала и плакала… но вдруг ее снова откуда-то позвали. Малышка отчаянно заозиралась. Она точно знала и любила этот голос. Однако, увы, ее обступала лишь тьма.

Казалось, не только телом, но и душой Рури вернулась в детство, поэтому ей оставалось беспомощно лить слезы. Постепенно девочка перестала даже грести, и послушное тело стало еще быстрее затягивать в холодный темный омут. И тут нежный неясный голос зазвучал прямо в ее голове: «Все… все позади. Просыпайся».

Рури пришла в себя. Перед глазами был знакомый потолок, но в голове все так путалось, что девушка никак не могла сообразить, где она. Что-то запыхтело: рядом стояла жаровня с ножками, украшенными львами, на которой закипал чайничек. Она согревала и всю комнату. Пусть мысли отказывались упорядочиваться, Рури догадалась, что дело идет к зиме.

Она глубоко вздохнула, внезапно почувствовала на животе тяжесть и приподняла голову. На ней, как на подушке, пристроились Тоёдзиро с Эйдзиро и сладко спали. Судя по опухшим векам, они много плакали, пока не уснули.

Не произнося ни слова, Рури закрыла глаза. Ей снился долгий сон, пугающий, но он же, казалось, и согревал ее душу.

«Вот бы его досмотреть…» – подумала она, перебирая ускользающие воспоминания.

Вдруг Эйдзиро распахнул глаза и уставился на ойран. Несколько мгновений он собирался с мыслями и неожиданно с криком бросился девушке на шею.

— Ойран! – зарыдал он. Зарыдал надрывно, горько, ничуть не сдерживаясь.

Тут, конечно, проснулся и Тоёдзиро. Он ошарашенно переводил взгляд между пробудившейся Рури и плачущим братом. Наконец у него на глаза тоже навернулись слезы счастья, и мальчик захлюпал носом.

Истребительница зла вздохнула, поражаясь этим плаксам, но улыбнулась. Правда, вскоре девушке надоели завывания, к тому же Эйдзиро своими объятиями чуть ее не задушил.

— А ну, цыц! – Рури попыталась отстранить мальчика, но он только крепче вцепился в нее. – Так, чего сопли распустил? И вообще, мне дышать нечем… Все, все, не плачь!