Книга Вездесущий поиск истины, страница 42 – Priest P大

— Но тебе, вероятно, не позволят так свободно покинуть остров после того, как ты вошел в лекционный зал, – тихо пробормотал Ли Юнь. – Как насчет того, чтобы Сюэцин или Чжэши отправились вместо тебя? Я слышал, что Сюэцин обрел ощущение Ци некоторое время назад. Неужели он не сможет войти в библиотеку?

— Не каждый, кто способен чувствовать энергию, может войти в библиотеку. Тогда Тунцянь и я были ведомы самим учителем. – Янь Чжэнмин покачал головой. – Забудь об этом, нам не обязательно разбираться с методом совершенствования нашего клана прямо сейчас. Позже, когда мы вернемся, у нас будет много времени на это. Я позволю Сюэцину передать письмо домой и съездить к горе Фуяо, чтобы проверить, как обстоят дела.

Пока они обсуждали это, Чэн Цянь собрался было сбежать без их ведома. Но не успел он дойти до выхода, как в комнату ворвался Хань Юань, чуть не приложив его дверью по носу.

— Эй-е, сяо Цянь, что ты здесь делаешь? – беззастенчиво раскрыл он местонахождение Чэн Цяня, после чего так же громко воскликнул: – Дашисюн, у меня есть две замечательные новости!

Янь Чжэнмин бросил на Чэн Цяня острый взгляд, нахмурился и отступил на шаг, слегка подняв руки и голову.

— Говори медленнее, ты меня слюной забрызгал.

Хань Юань коротко и беззаботно хихикнул, сообщив:

— Уголька Чжана кто-то избил. Его лицо распухло, как маньтоу, даже шеи больше не видно.

Взгляды Янь Чжэнмина и Ли Юня непроизвольно обратились к Чэн Цяню. Чэн Цянь только сухо кашлянул и сделал вид, что любуется пейзажем за окном.

— А еще, – продолжал Хань Юань, – в порт прибыл большой корабль. Я навел справки. Кажется, тот красавчик Чжоу вернулся.

Чжоу Ханьчжэн?

В конце концов Чэн Цянь отказался от намерения уйти. Он прислонился к двери и молча стоял в стороне, бессознательно положив ладонь на свой деревянный меч.

— В прошлый раз он приехал к открытию лекционного зала, и я предполагаю, что теперь на острове тоже должно произойти что-то важное, – уверенно заявил Хань Юань. – Угадайте что?

Каждый раз когда он сообщал о чем-нибудь, он мнил себя сказителем. Трое его шисюнов не желали потакать ему, поэтому Хань Юань мог только насмешливо улыбнуться и продолжить:

— Я слышал, что лекционный зал собирается провести большое соревнование. Победители удостоятся чести войти во внутренние залы, предназначенные для учеников острова Цинлун, чтобы продолжить свои тренировки.

Чэн Цянь не интересовался новостями. Его никогда не волновали такие бессмысленные вещи, как соревнования с другими, потому что в них не было необходимости.

Когда он стал старше, его гордое сердце было испытано изрядной долей сомнений в себе и в результате сделалось еще более стойким. Теперь в глазах Чэн Цяня существовало лишь два типа совершенствующихся: те, кто не мог сравниться с ним сейчас, и те, кто не сможет сравниться с ним в будущем.

Спина Чэн Цяня болела так сильно, что ему больше не хотелось здесь задерживаться.

— Если тебе больше нечего сказать, то я ухожу, – небрежно сообщил он.

— Подожди, мы еще с тобой не закончили, – произнес Янь Чжэнмин, прежде чем повернуться к Хань Юаню. – Ты уже завершил свои ежедневные занятия с тридцатью деревянными амулетами?

Хань Юань замешкался.

Увидев его смятение, Янь Чжэнмин вскинул бровь.