Книга Вездесущий поиск истины, страница 34 – Priest P大

Волосы на висках Чэн Цяня взмокли от холодного пота. Внезапно он издал сдавленный рык и напрягся, чтобы повернуть свой меч под определенным углом. Все еще недостаточно окрепшая кость юноши дала трещину, но он, казалось, не чувствовал боли. Вскинув лезвие вверх, он нацелил его на Тан Ваньцю.

Третий стиль деревянного меча Фуяо, «Неприятные последствия». Это движение называлось «Сделай или умри».

Широкие брови Тан Ваньцю нахмурились. С резким звуком она выхватила свое оружие, на мгновение вспыхнувшее ярким светом. Движения женщины были быстрыми, плавными, и она без труда отбросила Чэн Цяня на два чжана.

Она холодно фыркнула и убрала меч в ножны.

— Даже если ты тренируешься, не теряя концентрации, тебе придется практиковаться по меньшей мере сто восемьдесят лет, прежде чем ты сможешь сравниться со мной. Но этот день, вероятно, никогда не наступит. Кто-то вроде тебя, кто дрожит от страха, даже не начав…

— Я не боюсь тебя, Тан Ваньцю.

С мечом, направленным в землю, Чэн Цянь попытался подняться на ноги. Он наклонил голову, чтобы вытереть кровь с уголков губ, и произнес эти слова хриплым голосом.

Он верил, что, пока сражается в одиночку, страх его не победит и он со всем справится сам.

Он одинок, он один достигнет вершин и один рухнет в Бездну. Даже если его голова упадет с плеч, разве это не будет всего лишь шрам размером с пиалу на его теле? Чего тут бояться?

Но где-то на этом пути он приобрел так много слабостей. Случись что-то с одной из них, ему было бы так больно, что он предпочел бы сдаться, даже против собственной воли.

Чэн Цянь пристально посмотрел на женщину перед собой и, стиснув зубы, тихо сказал:

— Я не боюсь тебя… Я никого не боюсь.

Много раз он пытался подняться на ноги, но всегда падал обратно. Его все еще тонкое, нескладное тело дрожало под широкими одеждами, но в его действиях не было ни следа страха.

Янь Чжэнмин был так потрясен, что его взгляд затуманился.

Внезапно он громко взревел, яростно стряхнул руку Ли Юня и подошел, чтобы обнять Чэн Цяня.

«Ты что, бесполезная куча грязи?»

Янь Чжэнмин чувствовал себя так, словно ему в грудь несколько раз всадили нож, стоило ему спросить себя: «Неужели ты позволишь ученикам клана Фуяо превратиться в жалких неудачников, что могут лишь прятаться в горах? Неужели ты собираешься опозорить своих предков в глубинах ада и на небесах? Ты собираешься прервать родословную, за сохранение которой так упорно боролся твой учитель, использовавший свой последний вздох, чтобы завладеть телом зверя? “Тот, кого не было до тебя, и тот, кого не будет после”? Что это за шутка такая?»

Янь Чжэнмин пытался дышать, его глаза налились кровью. Он резко повернулся, посмотрел прямо на Тан Ваньцю и произнес, четко выговаривая каждое слово:

— Мы никогда не говорили, что уезжаем. Даже если и так, сейчас не время.

Тан Ваньцю оставалась неподвижной, как скала.

Янь Чжэнмин с трудом помог Чэн Цяню подняться и прошел мимо нее.

Ли Юнь и Хань Юань поспешили за ним. На этот раз Тан Ваньцю не остановила их. Она не двигалась, ожидая, когда они уйдут, а после без всякого выражения собрала свои растрепанные длинные волосы. И осталась стоять, одинокая и неопрятная.

Слуга из лекционного зала увидел ее издалека во время патрулирования и поспешил подобострастно поприветствовать: