Книга Вездесущий поиск истины, страница 32 – Priest P大

— Сяо шисюн, что ты говоришь? Возвращаемся куда?

— Возвращаемся на гору Фуяо, – холодно сказал Чэн Цянь. – Сначала мы поможем дашисюну. Кроме книг из библиотеки, мне больше нечего взять с собой. Потом я найду лодку, только сначала дай мне денег.

С этими словами он уверенно обошел Янь Чжэнмина с другой стороны, вместе с Ли Юнем они помогли ему подняться и вышли из толпы.

— Подожди, сяо Цянь, послушай меня, – Ли Юнь все еще говорил очень тихо. – В своей лекции он расскажет о важных ключах к самосовершенствованию. Ты не собираешься слушать?

— Нет. – Лицо Чэн Цяня оставалось бесстрастным. – Вы все можете оставаться, а я ухожу, мне все равно.

Хань Юань и Ли Юнь, конечно же, не остались бы здесь одни. За время, прошедшее с начала лекции, не успела бы догореть и одна палочка благовоний. Их уход непременно должен был привлечь внимание. Даже взгляд Чжоу Ханьчжэна был прикован к ним, так что Ли Юню ничего не оставалось, кроме как повернуться и посмотреть на него, все еще стоявшего на платформе.

— Прошу левого защитника простить нас за пренебрежение, но наш глава нехорошо себя чувствует.

Чжоу Ханьчжэн сделал вид, что обмахивается веером, и насмешливо сказал:

— О, тогда пусть ваш глава хорошенько позаботится о себе.

После этого Чжоу Ханьчжэн перевел взгляд на Чэн Цяня, стоявшего к нему спиной. И произнес медленно, растягивая слова:

— Эй, мальчик с деревянным мечом… Тот, что любит раздавать пощечины. Ты не слишком примечателен, но твой стиль владения мечом был довольно интересным. Если ты хочешь совершенствоваться дальше, тебе следовало бы тренироваться под моим руководством. Если ты пройдешь испытание, то найдешь место, где сможешь как следует попрактиковаться.

Чэн Цянь не замедлил шага, помогая Янь Чжэнмину уйти, будто вовсе не слышал ни одного из этих слов.

Хань Юань в недоумении уставился на его гримасу. Он не знал, действительно ли Чэн Цянь ничего не слышал, поэтому прошептал:

— Шисюн, этот гад Чжоу…

— Да пошли они все… – сквозь зубы выдавил Чэн Цянь свои первые ругательства.

Хань Юань мог только закрыть рот, больше не говоря ни слова, и последовать за своими шисюнами.

Половина присутствующих внимательно следили за ними. Их взгляды были насмешливыми, будто они видели перед собой лишь стаю жалких бродячих собак.

Юноши из клана Фуяо не боялись ни неба, ни земли, но их страшило, что на них будут смотреть сверху вниз. В этом отношении все они были одинаковы.

Ли Юнь резко отвернулся, вытирая слезы.

Как раз когда они собирались покинуть горный склон лекционного зала, кто-то громко окликнул их сзади:

— Стоять!

Женщина преградила им путь. Это была нищая заклинательница Тан Ваньцю.

Когда она сражалась с Цзян Пэном, против превосходящих сил врага на Восточном море, ее действия очень помогли Чэн Цяню. Он думал, что если они останутся на острове Цинлун, то он обязательно найдет время навестить эту Тан чжэньжэнь, которая всегда все делает по-своему. Вот только он не ожидал, что остров Цинлун окажется настолько непригодным для жизни местом.

В этот момент его сердце было переполнено такой яростью, что он не мог даже выразить каких-либо дружеских чувств к Тан Ваньцю. Увидев, что она преграждает им путь, Чэн Цянь снял с пояса меч Янь Чжэнмина и выставил его перед собой. Он заговорил, отбросив всякую вежливость: