Книга Джозефина вычисляет вероятности, страница 171 – Нова Макби

Возле камеры стоит пластиковый стульчик, похожий на детский. Я сажусь. Поначалу Селия меня не замечает. Я наблюдаю, как она ковыряет свои ногти. Лицо у нее белое как простыня. Красные волосы кое-как собраны в пучок на макушке так туго, что кожа лица неестественно натянута. Без макияжа морщины и веснушки заметны как никогда. Интересно, сколько ей лет на самом деле? Щеки у нее влажные – неужели плакала? Вот уж это вряд ли.

Охранник нажимает кнопку звонка возле двери камеры. Селия медленно поднимает голову и смотрит на меня.

— Октавия? – выговаривает она, заикаясь. Глаза у нее темные и полные слез. – Я знала, что ты придешь.

Она подползает к решетке и вцепляется в прутья, словно запертый в клетке зверь. Она ведет себя как ребенок, а вовсе не как всемогущая женщина, которую я знала, обвешанная золотом и драгоценностями, отдающая приказы щелчком пальцев. Однако она не выглядит испуганной. Ее слова звучат в моих ушах: «Если они поймают меня сегодня…»

— Подойди ближе. – Она кладет ладонь на стекло. – Хочу убедиться, что вижу тебя наяву.

Нет никакого логического объяснения, почему я приложила руку к ее ладони. Несмотря на стекло, я почувствовала исходящий от нее ледяной холод. Отдергиваю руку, пока Селия еще чего-нибудь не удумала.

— Селия, почему я? Почему ты выбрала меня? Когда все те другие девушки… – В горле встает огромный ком. Мне не хватает духу высказать ей все остальное. – Почему ты отпустила меня тогда, на выставке?

Пальцем она рисует в воздухе что-то похожее на цифры. Даже не знаю, сколько времени прошло, прежде чем она заговорила снова:

— Ты – это я. – Она вглядывается в меня сквозь решетку. – У тебя есть мой дар – тот самый, который украли у меня.

Неужели я правильно поняла, что она сказала? Мои глаза округляются, когда я осознаю смысл ее слов. Я словно знала все это время, что у Селии было нечто подобное мне, что мы в чем-то равны. Все ее навязчивые идеи, ненависть и гениальность всегда были при ней.

— Да, Октавия. Теперь ты понимаешь. Я, как и ты, была вундеркиндом. – Ее глаза загораются. – Но в отличие от тебя мне повезло гораздо меньше. В девять лет я осталась сиротой. Всем было наплевать и на меня, и на мой дар. Никому не было дела до того, что мой мир наполняли числа. Два года я выживала только благодаря своему дару, пока меня не приютила соседка, нежная и добрая женщина. А вот муж у нее был насильник… Октавия, мужчины опасны. Тогда я поняла, что должна использовать свои способности, чтобы стать быстрее и умнее. Но он был сильнее. И после каждого раза, когда он ко мне прикасался, мои способности слабели. Когда мне исполнилось семнадцать, я его перехитрила. Научилась избегать опасности, делать деньги и мстить. Научилась быть великой. Только мысли о возвращении моего дара не давали сойти с ума. Зло или добро ничего не значили.

Атмосфера в камере изменилась.

— Презирала всё и всех… пока не появилась ты, – продолжила Селия. – Я сразу же узнала его – твой дар. То, что ты делала в компании своего отца. У тебя были мои числа. Но ты была чиста. Сначала я хотела покончить с тобой, но не смогла. Это было бы все равно что наложить руки на себя саму. Я поклялась защищать тебя, чтобы с тобой никогда не случилось ничего плохого. Чтобы никто не смог причинить тебе боль, как причиняли боль мне. Я выбрала тебя, Октавия. Ты должна была унаследовать мою империю. Стать моим успехом.