Книга Что случилось прошлой ночью, страница 117 – Лия Миддлтон

— Да… В эти вещи она была одета.

Дженнинг вновь тянется под стул и достает еще один пластиковый пакет. Я пощипываю кожу на внутренней стороне своей руки.

— Не могли бы вы, пожалуйста, подтвердить, что ранее говорили нам, будто Фрейя была одета вот в эту одежду?

— Да.

— Но теперь вы признаете, что на ней в действительности была эта одежда? – Дженнинг приподнимает первый пакет и практически трясет им передо мной.

— Да.

— Почему вы солгали?

— Потому что я не хотела, чтобы вы ее нашли. К тому времени я уже солгала о том, что Фрейя пропала. Я уже спрятала ее. Я не хотела, чтобы вы ее нашли.

Он наклоняет голову из стороны в сторону, как будто оценивает мои слова, но на его лице ясно читается недоверие. Уокер закончил писать, но продолжает смотреть в блокнот, держа ручку наготове.

— Этот снимок мы взяли из вашего дома, – продолжает Дженнинг. Он кладет передо мной пакет для улик с фотографией в рамке. Рамка зеркальная – целый набор таких стоит на приставном столике в прихожей. – Не могли бы вы взглянуть на него, пожалуйста?

Я беру пакет, туго натягивая пластик, чтобы сквозь него можно было разглядеть лежащую внутри фотографию. На снимке – я и Фрейя, мы сделали его всего несколько месяцев назад, в конце лета. Я сижу на корточках рядом с ней, а она обвила руками мою шею.

Мы стоим в прихожей. На половике. На половике, который я спрятала вместе с Фрейей в бункере.

— Половик, изображенный на этой фотографии, был в бункере с Фрейей. Это вы положили его туда?

— Да.

— Зачем?

— Потому что Фрейя лежала на нем, когда я ее нашла. Я подумала, если не спрячу его, вы, возможно, что-нибудь на нем найдете.

— Почему вы воспользовались бункером?

Перевожу взгляд с одного на другого, сбитая с толку внезапной сменой темы.

— Не понимаю вопроса. – Я чешу щеку – кожа горячая.

— Почему вы решили спрятать ее в бункере?

— Я вам это уже говорила. Я не хотела, чтобы вы ее нашли. И мне пришлось действовать быстро… Это было единственное место, которое пришло мне в голову.

— Этого бункера нет в официальных документах, не так ли?

— Да… Его тайно построили во время Второй мировой войны. Таких бункеров множество, они спрятаны по всей стране.

— И вы тоже старательно держали бункер в секрете.

— Что вы имеете в виду?

— Мы предполагаем, что Эйден не знает о бункере. Иначе он бы упомянул о нем.

Шмыгаю носом. Губы дрожат.

— Нет, он не знает.

«Но кто-то еще знал» – вкрадчиво шепчет тихий голосок в моей голове.

— Как вы нашли…

— Как долго вы были вместе? – перебивает меня Дженнинг. Его голос звучит беззаботно, но Дженнинг знает, что делает. Он вонзил нож глубоко в мое сердце и начинает прокручивать его в ране.

— Более пяти лет.

— И как долго он прожил с вами на ферме?

— Полтора года, плюс-минус.

— Значит, вы пять лет были вместе, больше года Эйден прожил в этом доме, а вы так и не рассказали ему о бункере?

— Для этого не было причин, – с трудом отвечаю я. – Не нашлось подходящего момента.

— Ни разу не нашлось подходящего момента за те пять лет, что вы были вместе?

— Это место было знаковым для меня и моего папы. Когда он умер, я перестала говорить об этом. Мне было слишком тяжело вспоминать все, что с ним связано, поэтому я никогда не поднимала тему бункера.

— Вы уверены?

— Да. – Я свирепо смотрю на него. – Почему вы без конца спрашиваете меня о бункере? Я уже призналась, что отнесла Фрейю туда.