Книга Королева склепа, страница 77 – Кристофер Триана

— Что случилось? – Белла распахнула рот.

— Примерно тридцать лет назад они с подругами пришли сюда и столкнулись с живущим в склепе духом.

Она рассказала Белле о кошмарном приключении Бриджит, описанном в дневниках, – удивительно похожем на то, что Белла с подругами переживали сейчас.

Конкурс красоты от призрака по имени Мэдлин Голдман. Иллюзии и галлюцинации. Внезапные неконтролируемые сексуальные порывы. Нападения на друзей.

Они пережили те же испытания, те же ужасы.

— Упав в гроб, – сказала Обри, – моя мать напоролась на кость. А когда очнулась, подруга, которая гналась за ней, исчезла. Наверное, подумала, что мама мертва, и оставила ее в костнице. Мама, хромая, пошла к выходу, и дух, видимо, наигрался, поскольку дверь на кладбище оказалась открыта.

— Выходили тем же путем, что и входили? – удивилась Белла.

Обри кивнула.

— Почему ты не сказала раньше? Мы топтались на одном месте!

— Мы не могли вернуться из-за медведицы, помнишь? К тому же я еще не была уверена, что каждое слово в маминых дневниках – правда.

— Мы должны вернуться. Может, это единственный выход.

Обри вздохнула:

— Я надеялась найти другой путь. Лучший. Со слов мамы, они блуждали здесь несколько дней. Когда она наконец выбралась, копы уже их искали.

По спине Беллы пробежал холодок. История казалась слишком знакомой, словно части пазла начали складываться в единую картинку.

— Ее нашли у подножия горы, – сказала Обри. – До дороги мама дошла, но потом рухнула без сознания, потеряв много крови. Несколько недель провела в больнице. Долго не могла вспомнить, что произошло. Все, что знала, – они пошли в лес и потерялись, разделились.

У Беллы пересохло в горле. Обри не могла говорить о…

— Другая выжившая рассказала ту же историю, – сказала Обри. – Что они просто заблудились в лесу. Тело третьей так и не нашли – той, которую та злобная сука сожгла заживо. Когда память вернулась к маме, ее стали мучить ужасные кошмары, она не могла отличить реальность от сна. Ее положили в психиатрическую клинику. Когда мама пыталась рассказать то, что помнила, все это звучало как страшилки: склеп, призраки, параллельные миры. Никто не воспринял ее всерьез. Даже ее собственная бабушка – та, что впервые рассказала ей о кладбище и проклятии Голдманов, – решила, что мама сошла с ума, что услышала городскую легенду и поверила в нее по-настоящему.

— А другая выжившая? Она путалась в своей истории?

— Нет. С чего бы? Она победила. И судя по всему, ей сошло с рук убийство.

Белла набралась смелости задать вопрос, ответ на который уже знала:

— Как ее звали?

— Холли, – сказала Обри. – Холли Кларк.

Услышав девичью фамилию матери, Белла задохнулась. Мир вокруг вновь закружился, и ей пришлось прислониться к стене. История Обри сильно отличалась от той, что поведала Белле мама. Никакого подземного мира, никаких кладбищ она не упоминала. Просто: они с подругами шли по лесу, свернули с тропы, а когда стемнело – заблудились. Наутро не пришли к согласию, куда идти, разделились. Через несколько дней мама выбралась и попала к спасателям. Одна подруга пострадала, но в итоге нашлась. Третью так и не разыскали. Маму и другую выжившую оправдали, а город Гринуолк со временем забыл о трагедии, постигшей бедных девчонок.

Но Обри было еще что сказать: