Книга Ведьма из Кингспорта, страница 73 – Рональд Малфи

Самая страшная из услышанных мною историй преследовала меня в течение последующих ночей, и в ее правдивости я совершенно не сомневался. Ее рассказал рыбак по имени Финн Барбер – алкоголик со стажем и старый друг моего отца. Однажды днем, меньше чем через неделю после смерти Роберта, Барбер появился, пьяно покачиваясь, на нашем крыльце. Глаза его были налиты кровью, верхние зубы клыками впились в потрескавшуюся нижнюю губу. Отец провел его в дом, налил ему чашку кофе, и некоторое время они сидели за кухонным столом, тихо разговаривая. Точнее, говорил в основном Финн – мой отец по натуре был слушателем. И я, видимо, тоже, потому что присел у двери своей спальни, подслушивая рассказ Барбера.

Тем утром, в резкие, прохладные предрассветные мгновения, когда рыбаки добирались до причалов, садились на свои суда, ставили ловушки и лески и выходили в темную, пустую чашу Чесапикского залива; когда солнце начинало прорезать кроваво-красную артерию на горизонте, а маяк Грейси-Пойнт еще пробивал темноту своим величественным вращающимся лучом, нос восьмиметрового «Паркера» Финна бороздил морскую воду, оставляя за катером клочья белой пены. Барбер приступил к работе: сначала наживил перемет, а затем в одиночку начал тяжелый процесс подъема крабовых ловушек на палубу. Обычно это считалось работой для двоих, но Финн привык к одиночеству и тяжелой работе. Да и делить с кем-то свой заработок он совершенно не хотел.

Голубые крабы перескакивали друг через друга, их панцири щелкали, как кастаньеты: щелк-щелк-щелк. Перевернув ловушку на бок, Финн встряхнул ее над пластиковым пятигаллонным ведром. Одни крабы вцепились в сетку, другие – в остатки головы сома, служившей приманкой. Когда ведро наконец наполнилось, Финн поднял ловушку над бортом и спустил ее в воду. Тут он увидел, что о корпус судна бьется труп женщины – тот плавал лицом вверх на мутной коричневой воде. Кожа покойницы была белой, как бумага, веер темных волос ниспадал на заострившееся лицо. Тело было облачено в какой-то белый саван, напомнивший Финну изображения ангелов из Библии, которую он читал в детстве. Будучи любопытным и трудолюбивым парнем, Финн схватил свой крюк и погрузил его в воду. Он решил, что поднимет труп на лодку, свяжется с полицией и доставит его прямо на берег. (По его тону можно было предположить, что он надеялся на вознаграждение за свои усилия, хотя ничего об этом не сказал.) Но, как только он зацепил труп под одну руку, глаза женщины распахнулись – и Финн, вскрикнув, бросил крюк в воду. Шок не позволил ему отойти от края лодки или даже отвести взгляд от ужасной находки, и Барбер отчетливо увидел, как труп обнажил зубы и оскалился в усмешке, а затем погрузился в мутную воду, оставив лишь мелкие пузырьки, которые тоже вскоре исчезли.

— Это была ведьма, – всхлипывая, сообщил Финн. – Матерью клянусь тебе, Эрни: это был труп Рут Грейвс. Только она была живая…

— Рут Грейвс не умирала, – возразил отец. – Она потеряла сына, но сама жива. Кажется, ты запутался, Финн.

— Я видел то, что видел, Эрни. Это была она! Кингспортская ведьма…

Отец еще немного поговорил с ним, а потом отвез его домой. Когда он вернулся, я стоял на кухне, готовя на плите сэндвичи с плавленым сыром на ужин. Отец принес стопку юридических документов и сел за кухонный стол. Я спросил, не хочет ли он пива, но он отказался.