Книга Игры судьбы, страница 29 – Любовь Матвеева

бежала! Уже лес начался. Дядя мне:

— Вернись! – а я бегу, братья на телеге плачут, тётя сердится. Стегнул дядя меня кнутом, отстала – дыхание зашлось. Вернулась домой, плачу. Окружили меня старушки, дети, утешают:

— Не плачь, скоро они обратно приедут и братишек привезут. – Да, приехали они действительно скоро, слишком скоро – не успели бы доехать даже до города, одни приехали. Я всегда думала, что остались братья в том лесу, а волков тогда мно-о-ого было. И про взрослых-то, встретившихся с волками, в то время рассказывали истории – одну страшнее другой. Однажды у дяди Прохора пошла горлом кровь, и он умер. Старший его сын Егор женился, тут стали раскулачивать, и батраков перестали нанимать, чтобы не прослыть кулаками. Не стало мне жизни никакой, пошла тётя Таня к председателю:

— Что мне с Нюркой делать? Дома работает, а в поле не может… – а тут к соседям гости приехали, посоветовали:

— Пусть едет в Челябинск, там устроится, – старший брат Фёдор говорит:

— Одна она не поедет, – забрал жену, ребёнка, сестру Фёклу, у которой недавно два ребёнка и муж умерли от тифа, и мы поехали искать счастья.

Попали мы в Златоуст, там большой металлургический завод был с царских времён, да и сейчас есть. В городе сажа, копоть, дым, снег чёрный, холод, квартиры нет…

— А давайте поедем в Ташкент! Есть, говорят, такой город в тёплых краях, – говорит Фёдор. Сказано – сделано, поехали. Действительно – всё теплее и теплее, просто теплынь стоит, даже жара. Приехали, вокруг узбеки – приветливые, доброжелательные, вежливые, ко всем обращаются «сестра», «брат». Купишь какой-нибудь пустяк – они руку к сердцу прижимают: «рахмат». Торгуют, сидя на земле, платки расстелили… Оставили мы шмотки

около них, и пошли искать работу.

Устроились в садах – урожай снимать яблок – целые вороха! Мы их складываем в ящики, грузим в телеги, и ешь – сколько хочешь! Мы и ели, растолстели все, жили прямо в поле – тепло, комаров нет. А что скорпионы, фаланги бегают – так пусть, у нас у каждого средство при себе в баночке имеется. Там в хлопковое масло сажают скорпиона, он, не видя выхода, жалит себя в голову – ИЗ РОТУ ЯД выходит (!) в масло, и это средство помогает, при укусе растирают им. Видят работодатели – не могу я тяжёлые ящики таскать, отказали мне, я пошла на вокзал. Захотела есть, купила лепёшку, немного молока, макаю и ем. Подходит богатая покупательница, я к ней:

— Тётя, вам не нужна нянька?

— Сейчас я тебя прям с базара возьму в дом!.. – я заплакала, а молочница говорит:

— Вы что, не видите, что она только из деревни? Вишь, какая смиренная!

Женщина решила меня взять, приводит в дом. Муж – начальник ГПУ, два ребёнка, собака. Говорит:

— Я няньку взяла, теперь работать пойду, – муж ругает её:

— Взяла неизвестно кого, без документов. Собирайся! – мне говорит. А мне что собирать, всё на мне. Посадили меня в машину, повезли в милицию. Стала я плакать, стёкла бить:

— Что я вам сделала, украла что-нибудь? Отпустите! – а там молодой адъютант был, успокаивает меня:

— Не бойся, тебе только документ выпишут! – завели меня к следователю особого отдела, спрашивают, когда я родилась. А я даже года не знаю. Стали они у меня руки рассматривать, определили: примерно с 1914-го, и число поставили – 14 февраля. Выписали мне паспорт и говорят: